Я судорожно сглотнула. Все потому, что поняла, чего от меня хочет Хаос. Он попробовал мою магию в «Темнице», и она пришлась ему по вкусу. Настолько, что он стал частью меня, чтобы… питаться мной же!

Едва я этот осознала, как кожу на груди обожгло огнем. Из амулета без моего призыва вырвалась копия Ингрид. Инстинкт защищать меня вшит в нее вместе с памятью сестры. Она всегда была готова не только убить за меня, но и погибнуть, если потребуется.

Живое олицетворение двух моих магий, встав друг напротив друга, шипели как дикие кошки. Еще немного – и начнется схватка. Хаос бил всполохами в стороны, пока копия Ингрид загораживала меня собой.

— Умоляю, достаточно на сегодня. Сжальтесь, — не выдержала я.

Нервы и правда были на пределе. Я столько всего пережила за последние дни, что другому хватило бы на долгие годы. Мои силы, эмоции и магия было просто-напросто выжжены от перегрузки. Еще немного – и окончательно развалюсь.

Как ни странно, меня послушались. Шипение прекратилось, хотя до перемирия было далеко. И слепок ауры, и Хаос оставались предельно напряжены и готовы к бою.

— Вкусная? — осторожно уточнил Хаос.

Видимо, он знает только это слово. Тот факт, что он вообще разговаривает, поражал. Хаос никогда не общался с магами. Ни с помощью речи, ни условными знаками. До этого дня.

Я совершила очередное революционное открытие, а может, породила нечто новое, объединив два вида магии. В любом случае пока лучше никому об этом не рассказывать. Я еще сама не поняла, как к подобному относиться, а другие вовсе впадут в панику и разорвут меня на куски в попытке изучить, а затем повторить то, что я сделала.

Я без проблем определила, чего хочет Хаос – чтобы его покормили. Я вздохнула. Я сама предложила ему подпитку своей магией в обмен на помощь. Мы заключили сделку, надо выполнять ее условия.

— Только возьму чуть-чуть, а не то я быстро закончусь. Во мне и так осталось немного после прошлого раза, — я протянула руку к шару.

Щупальце тут же жадно обвило мое предплечье. Запястье кольнуло, словно сотни острых зубок впились в кожу. Щупальце присосалось серьезно, и я ощутила уже знакомую слабость и шум в ушах, а еще тянущую боль за грудиной.

— Хватит, пожалуйста, — взмолилась я, а копия Ингрид снова угрожающе зашипела.

Как ни странно, Хаос послушался. Щупальце тут же отпустило мою руку и втянулось обратно в шар.

Чувствовала я себя на удивление не так уж плохо. Хаос взял совсем немного. Он лишь пригубил мою силу, словно пробовал, желая убедиться, что я – та самая, что пришлась ему по вкусу. Я прищурилась. Почудилось или всполохи стали ярче? Вот только набирающего силу Хаоса мне не хватало. Избави меня бесы от подобного!

Наблюдая за шаром, я размышляла, как поступить. Надо, наверное, его спрятать. Как-то же другие деструкторы это делают. За ними не летает Хаос на постоянной основе, они призывают его, когда в этом есть необходимость.

— Почему же ты не сдал меня, а позволил завершить обретение? — задумчиво пробормотала я.

Я говорила сама с собой и ответа не ожидала, но он все же последовал:

— Вкусная. Еще, — заявил шар.

Я привалилась к стене, так как ноги едва не подогнулись. Оно не просто набирает силу, оно учится и развивается с немыслимой скоростью! И виной тому я – его прикормка.

До меня вдруг дошло, почему Хаос вообще заговорил. Все дело в магии конструктора. Она наделила его новыми качествами. В конце концов, она призвана творить, вот она и натворила. И чем больше магии созидания получит Хаос, тем шире будут его способности.

Страшно представить, куда это в итоге нас заведет…

Я думала, что Хаос просто не тронет меня, но никак не ожидала, что он станет моей частью. Да еще такой, прямо скажем, специфической. Что мне теперь делать с этим прожорливым чудом-юдом?

— Что ты вообще такое? — простонала я в полном отчаянии.

И снова вопрос был риторическим, и снова ответ поступил незамедлительно:

— Я. Есть. Хаос.

Сказал, нет, рявкнул шар. Да таким громогласным басом, что стены сарая содрогнулись. Если он продолжит в том же духе, то сюда сбежится вся Академия.

— Говори тише, пожалуйста, — попросила я.

Как ни странно, Хаос меня послушался. Когда он снова заговорил, его голос звучал тихо и даже пискляво:

— Я. Есть. Хаос. Риджина-вкусная.