Шрифт:
Наконец ритуал, его первая часть, закончился.
Не отталкиваясь от стены, ведьма замолчала. А потом, не глядя, попросила:
– Мстислав, посмотри его глаз… тот, который…
– Понял, - откликнулся старший маг и прошагал в сенник.
Он чуть склонился, всматриваясь в лицо нелюдя.
Попеременно засыпая и просыпаясь, вздрагивая от страха, что пропустит его ответ, Мирна в полудремоте услышала:
– Этот больше не слепнет. И перестал брать силы из здорового.
– Да, я… - пробормотала ведьма с закрытыми глазами.
Потом она почувствовала, как её берут за талию и заставляют повернуться. Она не глазами, а сонной дремотой восприняла, как встал с её подстилки Макс и поплёлся, обходя двоих, к двери – охранять. А потом Мирна поняла только, что ей помогают опуститься на сено, от которого пахнуло псиной. Где-то глубоко внутри себя равнодушно подумала о том, что даже холодный пол не заставит её жалеть, что она остаётся в сеннике, а не просит, будучи смертельно уставшей, отвести её в дом. Но на полу, на сенной подстилке, оказалось не так уж и холодно, потому что… сначала уносясь глубоко в сны, она решила, что Мстислав позвал Макса, чтобы ей было тепло. Она ещё попыталась выдраться из замельтешивших перед закрытыми глазами снов, чтобы попросить оставить Макса у двери. Но опоздала. Кто-то большой и тёплый лёг за её спиной. Всё-таки Макс? Пожалела, что не смогла проснуться. Но Макс не мог положить ладонь на её живот, чтобы подвинуть её к себе плотнее. Подвинуть туда, где теплее и спокойнее…
Глава 11
Они стояли недалеко от старицы – старинного, давно засохшего русла достаточно крупной реки. Под ногами сухая, будто выветренная земля, на которой еле удерживаются пучки полузасохших трав и короткие прутья редких кустиков. Над головами серое небо, поддёрнутое высокой, размазанной по нему облачностью… Сначала Мирна не поняла, кто держит её за руку – кто этот высокий, крепкий мужчина, словно окаменевший на полшага впереди. Но, по некоторым признакам узнав в нём Мстислава Никитича, ошеломлённая ведьма попыталась выдернуть ладонь из его жёстких пальцев.
– Не дёргайся, - недовольно сказал маг, коротко оглянувшись. – Испортишь мой ритуал – потом не получится возобновить.
– Где… мы?!
Взглядом Мирна прикипела к бедной растительности под ногами. Степь по осени? Но какая она бесконечная… Пока ведьма поднимала глаза разглядеть эту скудную бесконечность, краем глаза уловила в ней что-то, что ломало её… правильность?..
Именно туда смотрел Мстислав.
Она мелко потрясла его руку, с тревогой глядя на далёкий, громадный, лишённый трав и кустиков круг серой земли, в центре которого что-то торчало, а вокруг него будто муравьи шевелились.
– Где мы, Мстислав Никитич?
– Мстислав, - не оборачиваясь, поправил он. – Мы спим и пребываем в личном пространстве спящего Айаса. Ты понимаешь моё объяснение?
– Понимаю, - не совсем уверенно сказала Мирна. – Читала о нём, о пространстве. А зачем мы здесь? Это же Повреждённые земли, да?
– Да. Я нашёл тот слой шаманова пространства, когда его племя только-только собиралось идти в поход на нашу крепость. До сих пор я видел происходившее в его памяти обрывками. Но теперь, вооружённый артефактами Ингвара, могу чётче разглядеть всё, что меня интересует.
– А как здесь… зачем здесь я?
– Ты проводник для меня. Ты больше всех так или иначе общалась с нелюдем. Он злится на всех наших, кроме тебя. Не потому, что ты женщина, а потому, что знает: не будь тебя, сдох бы на том болоте. Ты в его памяти, как маячок: и среди врагов для него есть маленькая надежда, что всё обойдётся. Он думал о тебе, потому что ты помогала ему, обихаживая его. Он ждал тебя, когда ты уходила. В общем, он невольно закрепил тебя в своих личных пространствах, как наиболее близкого себе человека среди чужаков.
Мстислав всё-таки оглянулся. И быстрая улыбка скользнула по его жёстким губам.
– А ты доверяешь мне. Поэтому ты лучший проводник для меня в личные слои нелюдя. Но. Рук не разнимать! Ты же поняла, что тогда мы вернёмся в тот сарай. А нам надо многое узнать.
Мирна не спросила, что именно он собирается узнавать. Примерно догадывалась. Так что расслабила руку, которую он держал, чтобы легко повиноваться всем тем движениям, которые предстоят. А заодно присматриваться к тому серому кругу, где мельтешили, кажется, люди.
– Идём, - наконец решился Мстислав и потянул её за собой именно к кругу.
– Увидят! – испугалась ведьма.
– Нет. Это прошлое шамана Айаса. Нас никто не разглядит. Можем позволить себе сколько угодно гулять среди нелюдей – они на нас не обратят внимания. Зато поближе разглядим, что у них тут было за день до нападения на крепость. Идём.
И она заторопилась за магом, потому что, хоть он и старался усмирить свой шаг, но будучи высоким, шагал всё же довольно крупно. И она чувствовала себя маленькой девочкой, которую тащит за собой… старший брат? Нет, не брат. Брат был бы недоволен, что приходится возиться с мелюзгой.