– Ух ты, какое красивое кольцо!
– От осмотра собаки меня отвлекает блеск металла перед носом и восхищенный вздох ассистентки.

Она наглеет настолько, что беспардонно хватает своими грязными руками Мишино кольцо, выскользнувшее из выреза футболки и теперь раскачивающееся на цепочке. С восторгом его рассматривает, вот так просто ворвавшись в мое личное пространство. Ее светлая макушка мелькает у меня перед носом, наэлектризованные волоски касаются подбородка и шеи, и я недовольно отстраняюсь, довольно резко выхватив из ее пальцев кольцо.

– Не трогай.

– Что это за колечко?
– Мой злобный тон ее нисколечки не останавливает, Василиса напирает с любопытством, невинно хлопая ресницами.

– Это кольцо моей невесты, - спокойно отвечаю ей.

Я не дурак, понимаю какими взглядами время от времени смотрит на меня моя ассистентка, но вся эта херня с ее стороны меня вообще не интересует, а сейчас как раз прекрасный повод разрушить ее воздушные замки.

Как и предполагал, лицо Василисы вытягивается от удивления и разочарования.

– У тебя есть невеста? Я не знала...

– Да. Есть.

– Ни разу ее не видела здесь, - бормочет Василиса, неловко переминаясь с ноги на ногу. Ее потухшие надежды меня абсолютно не трогают, мне нет никакого дела до этого человека.

– Она не любит змей.

– Серьезно? Как их можно не любить?
– возмущается девушка.

Сама Василиса любит всех животных без разбору, и змей совсем не боится, берет их на руки и сюсюкается. Это одна из главных причин, по которой я нанял ее на работу.

Ничего не ответив, я возвращаюсь к осмотру хаски, а Василиса зачем-то продолжает этот бессмысленный разговор.

– Тебе не обидно, учитывая, как ты сам привязан к змеям?

– Мне плевать. Моя невеста должна любить меня, а не моих змей.
– Тщательно промокнув самую большую рану хлоргексидином, я швыряю грязную в красных разводах марлю в ведро.

– Хочешь сказать, что дома у тебя нет ни одного террариума?
– В ее голосе неверие.

– Нет. Все террариумы теперь здесь, - терпеливо отвечаю я, чувствуя как во мне поднимается легкое раздражение от ее болтливости. Если бы не ее работоспособность и любовь к животным, выпер бы отсюда на следующий же день. Или вообще вряд ли бы нанял.

– Как зовут невесту?
– не унимается девушка.

Мысленно считаю до пяти.

– Мишель.

– О, необычное имя.

– Угу...

– А чем она занимается?

Не выдержав ее беззаботной трескотни, я отрываюсь от хаски и поднимаю на Василису тяжелый взгляд.

– Василиса, хватит болтать. Займись работой: набери еще раз Семену или проверь Анубиса, он все еще плохо себя чувствует. Не стой без дела.

– Д-да, конечно... Извини...
– смущенно поникает девушка и выходит, понурив голову, но меня это уже не заботит. Пусть займется работой, в конце концов, я плачу ей приличную зарплату не за длинный язык.

А если она еще раз перешагнет черту, то придется с ней попрощаться, подобного вмешательства в личное пространство я не терплю ни от кого. И даже ни к чему не обязывающие отношения, сводящиеся к обычному сексу, меня не интересуют. Со мной ей нечего ловить.

Вечером, оставив Семена дежурить около хаски, я возвращаюсь домой с первыми всполохами заката.

Погода в городе приятная, лето вот-вот начнется. Перед тем, как войти, я вдыхаю полной грудью теплый воздух и прикрываю глаза. Во мне ноет до боли знакомое чувство пустоты. Словно в моей жизни чего-то не хватает. Точнее, кого-то. Даже не просто кого-то, а конкретного человека со светлыми волосами и серыми глазами.

Мой новый психотерапевт наивно верит, что я еще встречу ту самую, и каждый сеанс несет полную чушь. А мне все чаще кажется, что диплом на его стене такой же липовый, как и мой.

Консьерж приветствует меня дежурной фразой и улыбкой, и я через силу киваю ему, сразу отворачиваясь. Это все, на что я способен.

В квартире пусто, как и всегда. Я не переехал, хотя столько пространства мне больше не нужно. Я остался на случай, если Миша надумает вернуться - по крайней мере она знает этот адрес и сможет легко найти меня.

Я по-прежнему жду ее.

Подогрев лазанью, неторопливо ужинаю в тишине, без интереса разглядывая тени облаков на стене. Затем иду в душ, отрешенно моюсь и привычно мастурбирую, представляя Мишино лицо и тело. Разрядка, как обычно, приходит быстро, стоит только моему воображению пойти дальше и заставить ее раздвинуть ноги или сомкнуть губы на моем члене.

Насухо вытеревшись, я сажусь за компьютер и провожу еще один ежевечерний ритуал: открываю новую вкладку браузера и принимаюсь перебирать новые картины, какие только могу найти в интернете. За все это время я просмотрел тысячи малоизвестных художников, но все они оказываются кем-то другим, не тем, кого я ищу. Чаще всего я понимаю это буквально сразу, едва взглянув на работу. Что не она. Не ее рукой нарисовано.