– Никакого старья. Только лучшие новинки по рекомендации дяди Егора.
– Он тычет на экран телефона, и из колонок доносится самая мрачная и депрессивная музыка, которую мне только удавалось слышать.

Алиса фыркает и насмешливо качает головой.

– Дурак. Я уже давно не слушаю эту группу.

Широкая улыбка, посвященная явно только этой девушке в комнате, вызывает приятное чувство в моей душе, а когда она, не выдерживает и улыбается ему в ответ, я радостно вздыхаю.

Кажется, у Додика получается растопить сердце этой мрачной девочки.

– Господи... Ну и как под это танцевать?
– уныло тянет подруга под смех Ромы и поворачивается к нему.
– Ты же куришь, вроде? Подымим?

Тот кивает, и они дружно обращаются к Савве:

– Можно на балконе?

Какое-то время он молчит, явно считая до десяти в попытке успокоиться, потом с безнадежным выражением лица кивает.

В общем вечеринка набирает оборот, мрачная музыка меняется на веселую. Егор с Алисой тихо о чем-то шепчутся возле окна, Ляля и Рома постоянно бегают курить. На столе закуски и постоянно наполненные бокалы.

Савва садится рядом, не делая никаких попыток притронуться ко мне. Чем даже слегка раздражает. То в трусы лезет, то чопорно сидит, изображая из себя недотрогу.

– Все в порядке?
– улыбаюсь я.

– Все просто прекрасно.

– О чем думаешь?
– От алкоголя я становлюсь болтливой, а еще мне хочется залезть к нему в душу.
– Дай угадаю.

– Ну-ка. Удиви меня.

– Ты размышляешь над тем, кого прибить первым: мою шумную подругу или собственного брата, устроившего такой грандиозный праздник?
– Мне весело, и я смеюсь, разглядывая психа с легкой насмешкой и отпивая из бокала. Он выглядит как мрачный сварливый бука, вынужденно торчащий на детском празднике в колпаке, где его постоянно донимают детишки.

– Нет, Пикачу, не угадала.
– Савва поворачивается ко мне, зеленые глаза со всей серьезностью смотрят в упор.
– Думаю только о том, в каких позах трахну тебя сегодня и сколько раз ты будешь глотать.

Алкоголь брызжет из моего носа, я отчаянно закашливаюсь. Испуганно оглядываюсь, надеясь, что никто кроме меня не услышал этого придурка.

– Не смешно, блин, извращенец. Теперь в носу щиплет...

Он ничего не успевает ответить, потому что на диван плюхается Ляля. Заводит разговор на отвлеченную тему, и я с облегчением окунаюсь в него с головой.

Как бы я не пыталась храбриться, время неумолимо бежит. Вот и вечер стремительно подходит к концу, я даже не смогла толком опьянеть, хотя после слов Саввы и попыталась накидаться, чтобы не ощущать дурацкий тремор в конечностях. Мне совсем не хочется, чтобы гости уходили и оставили меня с психом наедине, но этот момент все же наступает.

Пьяные ребята собираются и как-то внезапно уходят, сердечно попрощавшись со мной и с хозяином квартиры. Становится тихо, даже Егор не остался. Он ушел проводить Алису до дома.

Я слышу, как Савва закрывает за всеми дверь и щелкает кнопками электронного замка, блокируя ее. Егору сегодня лучше попытаться остаться у Алисы, если не хочет ночевать на коврике перед входом.

Сердцебиение становится учащенным и таким громким, что отдает в ушах бурлящим потоком горной реки. За секунды в меня вселяется паника.

Из коридора доносится вкрадчивый и пугающий голос Чудика, звучащий чуть лениво.

– Вот и все, Пикачу. Гребаный день заканчивается. Наступает сладкая ночь. Город засыпает, и, наконец-то, просыпается мафия...

Я слышу неспешные шаги психа, и, не выдержав напряжения, совершаю сумасбродную вещь: подскакиваю с дивана и бегом прячусь за кухонный островок, присев там с гулко грохочущим сердцем. Протянув руку вверх, я нашариваю на столешнице кухонный нож и прижимаю к вздымающейся в ужасе груди.

Господи, этот голос так одновременно похож и не похож на Саввин! В голове лупит только одна мысль: "Он шизофреник. Он долбаный шизофреник с повернутой головой. Ой, что-то будет..."

– Решила поиграть со мной?
– Он уже в комнате, а я, кажется, готова умереть от разрыва сердца.
– Конечно, давай поиграем. Я тоже очень сильно этого хочу. Так сильно, что сейчас кончу от одной только мысли, что ты спряталась где-то здесь. Напуганная и, возможно даже мокрая. Так ведь?

**

Душа практически покидает мое тело, когда его лицо выглядывает сверху. Красивое и надменное, и чтоб его, совершенно поехавшее. Переместив свой взгляд на нож, парень прищуривается и обходит островок, возвышаясь надо мной.

– Серьезно? Хочешь меня порезать?
– с насмешкой произносит псих, явно забавляясь над ситуацией.
– Не в первый раз вижу тебя с ножом. Ты, оказывается, садистка. Ну, порежь, раз так хочется.