Меня хоть выжимай, я вся мокрая и уставшая, тело и разум опустошены после такого количества оргазмов. Слабая мысль, что сейчас все закончится, тает на корню, когда он переворачивает меня, как тряпичную куклу и ставит на трясущиеся колени. Рукой он размазывает нашу влагу еще выше, между моих ягодиц. Сил протестовать не осталось совсем, поэтому, когда он плавно проникает пальцем внутрь, растягивая и массируя, я только обессилено опускаю мокрые ресницы, чувствуя бешеную дрожь во всем теле и притупившееся чувство страха.

– Тшш. Расслабься. Не думай ни о чем лишнем, думай только о том, что скоро мой член будет в тебе. С упоением трахнет каждую твою дырочку, - хриплым голосом произносит Савва за спиной.

"Не плачь. Не плачь, Миша. Задохнешься от слез и соплей. Надо выдержать...".
– В моей голове слабо бьется только одна мысль.

По телу проходит теплая рябая волна, внутри все горит, и накатывает волнительное возбуждение от того, как он бесстыдно ласкает у входа, где самые чувствительные нервные окончания. Я уверена, что не выдержу и взорвусь.

Вскоре его палец выскальзывает из меня, и вместо него появляется член. Савва надавливает головкой на анус, медленно проникая внутрь и поглаживая ладонью ягодицы.

Поначалу от вторжения больно и неприятно. А еще ужасно стыдно. Никогда не думала, что однажды мне придется заниматься подобным. Мне хочется сгореть на месте и развеяться по ветру серым незаметным пеплом. Но для него, судя по всему, не происходит ничего ужасающего, тогда как я тихонько скулю в подушку, не зная куда исчезнуть.

Продвигаясь по чуть-чуть и возвращаясь обратно, он растягивает меня и подготавливает к своей длине. Снова ласкает бугорок и мокрые припухшие складки, и невольно, хоть ощущения и остаются странными и жутко непривычными, мне удается расслабиться. Решаю для себя послушно выполнять, что он говорит, чтобы избежать боли. И... она действительно уходит, остается только распирающее чувство наполненности и, чтоб его, какое-то дикое, первобытное возбуждение.

Не знаю сколько проходит времени, но внезапно я осознаю, что упустила момент, когда он начал входить на всю длину, плавно и ритмично. Меня трясет от невероятного, до этого мгновения не испытанного удовольствия. Наши хриплые стоны перемешиваются, и я в сладком бреду подаюсь навстречу, подхватывая ритм его толчков. Пот течет с меня градом. По спине и бедрам, стекает каплями по лбу, впитываясь в подушки. Мне так хорошо, что я забываюсь, полностью растворившись на самой верхушке блаженства.

Савва сжимает ягодицы, шлепает по ним и чертыхается сквозь зубы. Сипло дышит, входя уже с нарастающей силой и яростью. Не выдержав накала, я срываюсь в черную глубокую пропасть и кричу, потерявшись в ощущениях и пространстве, дождавшись освобождения. Все внутри меня взрывается фейрверками и рассыпается на миллиарды звезд, я чувствую как пульсирует и трепещет каждая клеточка моего тела.

– Бляяядь, - рычит Савва и обильно кончает внутрь, горячо обжигая все стенки и сбавляя темп. Вскоре совсем останавливается.

Уронив голову мне на спину, он восстанавливает дыхание, с шумом хватая воздух. Я ему сейчас завидую, потому что сама все еще задыхаюсь под изолентой и вижу перед глазами пляшущие черные круги. И никак не могу прийти в себя. Меня пропустили через мясорубку, выжали, и еще хорошенько отбили, как половой коврик. Вот такое у меня самочувствие. Но стоит вспомнить насколько сильно и ярко я кончала все это время, как низ живота предательски тянет от пережитого удовольствия.

Савва пошло и звонко шлепает меня по заднице и выскальзывает, вызывая новую дрожь во всем теле. Наклонившись, нежно целует горящее место шлепка.

Затем поворачивает меня на бок и уже без всяких нежностей отдирает ленту с рук. От накатившего облегчения в затекших кистях хочется рыдать, но я даже не могу их поднять. Руки просто не шевелятся, лежат на влажной от пота простыни, как две ветки дерева. Я только чувствую, как хлынула обратно кровь, пощипывая в местах, где была лента. Ох, сейчас начнется самое неприятное.

Следом он отрывает изоленту и со рта, и я морщусь от боли, ощутив всю прелесть депиляции на лице.

– Выдыхай. Пять минут передышка, я весь вспотел.
– Бросив это как ни в чем не бывало, он встает с кровати и идет в сторону ванной.

Я молча смотрю на его покрытую испариной спину и делаю глубокий вдох. Затем еще, и еще. Неужели, я еще жива...

Со своего места мне слышно как шумит вода в душе. Эта сволочь приводит себя в порядок. Я же не могу даже пошевелиться, тело будто мне не принадлежит. А ведь мысль дать деру промелькнула сразу же, как только я услышала шум льющейся воды.

Наверное, ублюдок знал, что я буду беспомощно валяться на кровати и не смогу сбежать, иначе вряд ли бы так спокойно оставлял меня одну.