Так же, не поворачивая головы и не смотря на меня, (у хозяина, что ли манер набрались), он скосил на меня глаза сверху вниз. Он был действительно громаден. Но вся эта показная бравада выглядела смешно и нелепо. Я вообще все время сидел на заднем сиденье с блаженной улыбкой. Меня просто забавлял этот дешевый спектакль. Примерно этого, я и ждал, при чем уже довольно долго.

С переднего пассажирского сиденья раздалось:

– Не ну ты видел, какой наглец?

К кому он обращался, к водителю, громиле или это был риторический вопрос я так и не понял.

– Это да... Что есть - то есть, – ответил я.

Делая вид, что у меня шнурки на ботинках зачесались, я нагнулся левой рукой к полу. И тут же резко, распрямив тело и руку, нанес удар локтем в лицо громиле. Целился куда - то в область лица, а точнее не целился. Был уверен в своей физической силе. Но тут главное не перестараться. После стикса, и сила и реакция, наверное, наполовину увеличились. Было слышно, как хрустнули кости носа, и шейные позвонки.

Горилла как сидела, так и продолжала сидеть. Только глаза наполовину закрылись, и из ноздрей носа потела кровь. Ну, или что там было теперь вместо носа.

– Я телефончик свой в палатке оставлю. Сказал я, выходя из авто. Как надумаешь – позвони.

Войдя в палатку, словил не хилый кайф от рожи барыги, на которой была написана фраза: «А ты чО живой то…?».

Оторвав от висящего на стене календаря клочок бумаги, быстро чиркнул на нем свой сотовый номер.

– Отдашь хозяину!
– рявкнул я.

– Да… и за своим баблом я завтра зайду. Приготовь.

****

Доедал, наверное третью по счету шаурму, блин, какая же она вкусная, когда теплая, когда раздалось треньканье сотового телефона в кармане пальто. Тут же скривился от внезапно вернувшейся головной боли. Снова аспирин жрать надо. Только он, почему то и спасает. Я так с ним желудок скоро посажу себе.

Все так же, идиллистически сидя на лавочке и любуясь видами полноводной реки, отхлебнул из фляжки живчика, приготовленного на коньяке, и глядя на незнакомый номер в сотовом телефоне, с набитым ртом произнес: «Алё…»

После недолгого молчания в остывшей в кармане трубе, которая неприятно холодило ухо, раздался мужской и усталый голос: «Разговор есть. Встретится надо». И после затянувшейся паузы, громко и отчетливо, сквозь зубы, с издевательскими интонациями в голосе: «Пожалуйста».

Я, не прекращая жевать, довольно усмехнулся.

Часть 3.

Уже привычно, бочком-бочком… все так же, ан-нет, вроде не так же, протиснулся в полуоткрытые ворота базы, под названием «База». Сегодня мне наверное только показалось, что ворота приоткрылись чуть меньше чем обычно, и как то неохотя, с ленцой. Словно хозяева встречают нежданного гостя в своем доме. И пускать не охота, и не пускать не вежливо.

Но это наверное только показалось...

Я вернулся «домой» в родную казарму. Кто-то из старых знакомых меня приветствовал удивленными и радостными возгласами. Я обнялся с кем то, с кем-то поздоровался за руку. Кто-то меня похлопывал по плечу…

В казарме, вдоль стен стояли сколоченные из не обструганных досок нары. На полу теперь никто не сидел. Посередине, стоял стол, который ранее находился в общей столовой. Там теперь новый что ли…? Решетки на окнах добавляли неприятный антураж «хаты» в зоне. И зоне не отдыха.

Я присел на край нар и стал с улыбкой, шутками да прибаутками раздавать гостинцы из походного рюкзака. Бутылки с коньяком. Коньяк. Коньяк и конечно коньяк. А, и лимончиков захватил конечно.

С пяток бутылок брали охотно, напряженно разглядывал этикетки, взбалтывали содержимое, но открывать их, почему то никто не спешил.

Я, непрестанно балагуря, с застывшей улыбкой как у киношного Джокера пытался понять, в чем дело. Без гостинцев я еще ни разу на базу не возвращался и прием мне оказывали более теплый, чем сейчас. Да что с вами всеми?

Наверняка Карел сплетню донес, что я с мурами трусь. Тогда, мне пипец однозначно.

И тут я заметил, то что сразу должно было мне бросится в глаза. Народу в казарме было человек двадцать. А ведь было все время больше, значительно больше.

– Где Шкаф то…?

Несколько человек опустили глаз вниз и как то смущенно мотнув головой отошли от меня тихо переговариваясь между собой. У всех был вид, что я им чем то помешал, и они скорее хотят что бы я ушел отсюда. Или самим уйти. Некоторые из отошедших, бутылки со спиртным оставили на неубранной постели. Вот это номер!

Поднявшись с нар, молча, направился к выходу. Привычной кучи старого тряпья у входа нет. Не только решетки на окнах, а еще и двери стальные при входе. Как я их сразу не заметил то…