Девушка посмотрела на Тину.

— Всё дело в баронессе. Она, как и я, владеет артефактом валькирий. Вот я и подумала… — добавила Людмила Белина тише. — Что раз у вас есть одна валькирия, значит вы захотите иметь в слугах ещё одну…

Её слова заставили меня задуматься. Почему речь пошла сразу о слуге?

— Валькирии не имеют для меня ценности, — покачал я головой.

— Если так… — девушка вздохнула, — тогда мне наверное лучше обратиться к другим графам… После того, как мы попросили помощи, нам пришлось заплатить немалые средства, и теперь мы едва-едва сводим концы… Кроме службы, платить нам нечем. Простите, что отняла ваше время.

— Не торопитесь, — остановил я её, так как она уже собиралась вставать. — Я сказал, что для меня не имеют ценности валькирии, но не люди. Валькирию валькирией делает лишь артефакт, но от этого она не перестаёт быть человеком. Вы пробовали обращаться за помощью к соседям?

— Да, — кивнула Людмила Белина, отпивая горячий чай. — Вот только… — она вздохнула. — Последние союзники стали врагами после того, как мы поссорились с орденами…

— Императорский Род? — продолжил я задавать вопросы.

— Обращались… Писали в канцелярию… Толку ноль… — девушка окончательно поникла, вдруг заплакала и зашептала. — Прошу вас… Помогите… У меня на землях осталась двухгодовалая дочь и муж. Он пострадал во время закрытия разломов и теперь не может ходить. Если вы не можете помочь, я поспешу дальше… Я не могу надолго задерживаться…

Тина и Аня встали. Они подошли к баронессе, утешая её. Я же тоже встал со своего места и подошёл к окну, где достал телефон и быстро проверил некоторую сказанную ей информацию.

Всё подтвердилось…

Закрыв телефон, я повернулся, смотря на почти успокоившуюся девушку.

— Простите, господин граф… Что позволила себе лить слёзы перед вами…

— Это естественно, поэтому нет в этом ничего страшного, — пожал я плечами. — Расскажите мне полный расклад проблем на ваших землях.

Оказалось, что у них открыто восемь разломов. Это немного, если сравнивать с моими землями, и очень много, если сравнивать с землями Белиных. Им там действительно «тесно», потому что нормой было бы около двух или одного.

Когда баронесса закончила говорить, она начала смотреть на меня, ожидая моего решения.

— Аня, сколько у нас осталось разломов?

— Девять, — ответила моя жена. Она держала руку на плече у баронессы и смотрела на меня. Девушка хотела что-то сказать и даже приоткрыла рот, но потом всё же передумала.

Девять. Относительно немного. Вполне можно помочь «далёким» соседям.

Я всю жизнь боролся с тварями разломов и не только с ними, просто потому что могу это делать. Я силён, и эта сила куда-то должна быть направлена. Я выбрал своё направление не потому, что нужно делать хоть что-то, а потому что я так хочу. И если я буду одним из тех, кто проходит мимо, то кто же тогда остановится и поможет другим? Если закрывать глаза на проблемы других, то однажды мир утонет под тяжестью собственных грехов.

— Мы поможем вам, — дал я свой ответ. — Вот только вам придётся принести персональную клятву.

Хоть я и готов помочь, но всё же некоторые гарантии не помешают.

Девушка, широко распахнув глаза, неверяще смотрела на меня.

— Правда поможете…?

— Да, — кивнул я.

— Я… Мы… Белины… Готовы принести вам клятву верности…

— Хорошо, — снова кивнул я. — Но вы это сделаете после того, как мы закончим закрытие разломов.

Сейчас она изумилась ещё больше, и её изумление мне понятно. Ведь обычно все стараются подчинить себе других, а я заявил практически обратное. Вот только мне такие далёкие земли на самом-то деле не нужны. От них больше проблем будет. Но, разведка в том месте мне не помешает, учитывая нынешнюю ситуацию.

Если их до сих пор не уничтожили, значит и не будут. Находясь в том месте, они вполне могут быть шпионами и рассказывать мне о том, что происходит в тех землях. Я могу попросить заняться этим Сашу или Леонида, но это лишь пустая трата сил для них.

Да и баронесса не может заявлять, что её Род присягнёт мне, так как она не управляет землями. Всем управляет её муж, который и должен дать согласие. Однако, через её личную клятву я смогу убедиться, что она мне не врёт.

Девушка встала и, выйдя из-за стола, призвала земляное копьё, а затем встала на колено, протягивая его мне.

— Я, Людмила Белина, клянусь в служении графу Сергею вяземскому. Клянусь быть верной и никогда не придавать ни ваши идеалы, ни ваши интересы.

Я кивнул и взял её копьё. Оно было едва тёплым, а значит девушка не врёт.

— Людмила, а почему вы так легко согласились принести клятву? — спросил я.

— Такой шанс было бы глупо упустить, — улыбнулась девушка. — Я… Наслышана о вас, господин граф. И всё, что я слышала — было только хорошее.

— Скажите, Людмила, а вы обговорили свой план с мужем? — всё же решил я задать этот вопрос.