Это не афишировалось, но официально это заведение использовалось как место для проведения деловых встреч, переговоров и приятного общения сильных мира сего.

Может оно так изначально и было. Но в настоящий момент большей частью этот клуб использовался большей частью по другому назначению. Вернее, встречи, деловые переговоры по их окончанию плавно перетекали в приятное общение с женским полом с низкой социальной ответственностью.

Снять обычную проститутку где-то на улице для лиц, пользующихся услугами этого клуба, было совершенно не комильфо. Да и уровень их доходов позволял получать лучшее, а не пользоваться обычными представительницами подобной индустрии.

Как раз в начале 2000-х активно развивались бизнес и элитный досуг, что привело к всплеску популярности эскорт-услуг. Женщины, работающие в этой сфере, становились своеобразными иконами стиля среди обеспеченных людей и успешных бизнесменов.

Типичный образ эскортницы начала 2000-х годов представлял собой сочетание роскоши и сексуальности. Ключевые элементы стиля включали: блестящие и яркие ткани: платья из атласа и шелка, украшенные стразами, пайетками и блёстками; короткие облегающие наряды: мини-юбки и платья, подчеркивающие фигуру, были на пике популярности; высокие каблуки и шпильки: обязательный элемент образа, символизирующий женственность и статус; дорогие аксессуары: брендовые сумки, массивные золотые украшения, большие солнцезащитные очки.

Этот период можно назвать временем «олигархического гламура», когда внешний вид и статусные атрибуты одежды считались ключевыми показателями успеха. Многие женщины стремились подражать этому стилю, и мода эскортниц стала ориентиром для тех, кто хотел выразить свою успешность и роскошь.

Геннадия Михайловича этот клуб устраивал во всех его проявлениях: элитарность (как он и ему подобные считали), ограниченный круг лиц и то, что он был совсем недалеко от его собственного коттеджа. Расположенного в посёлке Жуковка на всё том же Рублево-Успенском шоссе. Там чиновник высокого ранга изволил проживать со своей женой и двумя детьми.

Используемые спецсигналы и «зелёная дорожка»: включаемые сотрудниками ГИБДД на светофорах зелёные сигналы для несущегося по улицам Москвы кортежа, позволило домчаться до Рублево-Успенского шоссе всего за 25 минут. Потом, распугивая «крякалками» едущий по шоссе «плебс», потребовалось ещё 15 минут, чтобы добраться до самого клуба.

— Добрый вечер, Геннадий Михайлович, — подобострастно сказал подошедший к вышедшему из дорого автомобиля чиновнику человек лет тридцати, подтянутый и одетый в чёрный, классический костюм.

— Здравствуй, Сергей, — вальяжно ответил ему Геннадий Михайлович, шествовавший ко входу в основное здание.

— Будете ужинать или сразу в баньку? — с такой улыбкой, будто увидел своего самого близкого родственника, спросил важного гостя местный управляющий, вышедший лично встретить их дорогого гостя.

В этот момент служебный автомобиль чиновника и машины сопровождения парковались неподалёку от входа, чтобы в любой момент подхватить тело отдохнувшего хозяина и отвезти его домой.

— М-м-м… — поднимающийся по ступенькам к входной двери Геннадий Михайлович замер на несколько секунд. — В баньку… хотя нет. Сначала в ресторан, — и продолжил движение.

— Отличный выбор, — управляющий распахнул перед чиновником дверь. — Ваш столик ждёт вас. Я скажу, чтобы всё подготовили в бане.

Проводив в зал ресторана гостя к его любимому столику у окна, управляющий исчез, чтобы лично проверить здание с банями, где любил отдыхать их самый важный гость.

Усевшись в кресло, Геннадий Михайлович обратил внимание, что в зале, кроме него, ещё два человека: один из Администрации Президента, а второго он не знал.

Небольшой кивок знакомому, безразличие к незнакомцу, а потом взял принесённое молодой официанткой меню, Геннадий Михайлович сделал заказ. Он мог себе позволить и любил плотно и вкусно покушать. Сегодня вкусил на первое суп из морепродуктов (буйабес), на второе у него был — толстый стейк из нежной части говяжьего филе (шатобриан), а на десерт — холодный десерт (парфе).

Повара из Италии и Франции были профессионалами высшей категории, могли удовлетворить любой утончённый вкус, получая сумасшедшие деньги за свою работу.

Отведав первое блюдо, чиновник, ожидая подачу второго, решил подозвать к себе рукой управляющего, каждые десять минут заходившего в ресторан, проследить за персоналом, обслуживающий одного из самых важных их гостей.

— Павел здесь? — спросил у него Геннадий Михайлович, довольно развалившись в кресле.

— Ожидает, — угодливо ответил управляющий.

— Добрый вечер, Геннадий Михайлович, — через пять минут к столу приблизился Павел: мужчина в возрасте за тридцать лет, с небольшим животом и залысинами на голове, одетый синие джинсы и черный свитер.