— Вас никто ни в чем не обвиняет… — она обернулась к офицеру, — пока. Я сама еще не всё понимаю, но обещаю разобраться. Скрывать никто ничего не будет. И если вы не участвуете в делах шевалье, то слушайте мой приказ — кругом, в казармы шагом марш и до другого моего приказа сидеть там и не высовываться. Любой, кто будет отдавать вам отличный от этого приказ, считается изменником и подлежит аресту до разбирательства.

— Ваша светлость, вы не можете приказывать солдатам… — попытался вмешаться офицер.

Элайна молча сняла с шеи малую печать, которая представляла из себя перстень-печатку, слишком большую для ее руки, потому и носила её на шее. Подняла над головой.

— Имею! Как временно исполняющая обязанности отца в герцогстве, я имею полное право отдавать приказ любой воинской части в герцогстве. Если у вас есть какие возражения, вы вольны направить их моему отцу или старшему брату, как наследнику. Но прежде, вы выполните мой приказ. Солдаты, ваш выбор?

Прочитанные книги подсказывали, что самим солдатам абсолютно всё равно, кому служить, лишь бы платили вовремя. А играться в игры аристократов, желающих среди них мало. Потому тут, с их точки зрения, всё было предельно очевидно. Офицер их, конечно, командир, но госпожа намного главнее. А самое главное, все понимали, если что с этой девочкой тут по их вине что-то случится, то бежать им всем придется от гнева герцога очень и очень далеко. И не факт, что их и там не найдут. Любовь герцога к дочери была известна всем. Да ну нафиг эти игры. Потому солдаты дружно развернулись и направились в казармы.

Офицер же, в общем-то, пришел к тем же выводам. Он мог бы еще поднять людей, если бы получил хоть какую-то весть от шевалье, но вестей не было, а площадь уже наполнялась гвардейцами.

— Я всего лишь исполнял приказ, ваша светлость…

— Я понимаю, — кивнула ему Элайна. — Надеюсь, и мой приказ вы исполните в точности.

— Конечно!

Элайна обернулась. Как оказалось, арестованный барон Тангс не молчал и просвещал всех, желающих слушать, о прошедшем бое, в котором ему довелось участвовать, а также о роли Лерийского в поражении.

— За капитаном послали? — обернулась Элайна к гвардейцу.

— Сразу же, — кивнул он. — Будет с минуты на минуту, он недалеко.

— Хорошо. Аргот, веди, где там кто кого арестовал.

— Ваша светлость, может капитана дождёмся.

Элайна глянула на опять подросший эскорт.

— Идёмте. Не посмеют…

Элайна оказалась права. Едва завидев их процессию, все торопливо уступали дорогу. Даже солдаты гарнизона. Да, Элайна была уверена, что предателей среди них нет, ну может, разве кто из офицеров, но и те постольку-поскольку. Они получили приказ, исполняют. Получив другой приказ от вышестоящего, и его выполняют.

Столкновение с Дорстеном Корстейном шевалье Лерийским произошло неожиданно. Он куда-то направлялся со своими людьми, всего там было человек десять, вот и столкнулись два отряда на неширокой дороге между двумя строениями. Остановились.

— Ваша светлость, — криво усмехнулся граф.

Элайна чуть склонила голову набок.

— Шевалье… Может, вы объясните, что здесь происходит?

Шевалье глянул на стоявшего за спиной Аргота.

— А то вы не знаете… Пришли спасать своего рыбака…

Элайна резко вскинула руку, останавливая готового ринуться в атаку Аргота.

— Я пришла прежде всего разобраться. Как я уже говорила, я всё равно докопаюсь до того, что случилось в бою, потому хотела бы поговорить с вернувшимися офицерами. И тут я узнаю, что кто-то, в обход меня, как главнокомандующего всеми вооружёнными силами герцогства, арестовывает их… Не объясните?

— Это такая мелочь…

— Шевалье, арест одного из членов чрезвычайного комитета — это далеко не мелочь. Очень далеко. — Элайна глянула на сопровождающих Лерийского. — И что вы собираетесь сейчас делать?

Те переглянулись. Посмотрели на командира. Элайна тоже.

— Шевалье, вы же понимаете, что вам не выбраться? И вы понимаете, что ничего не сделаете мне. Устроите здесь драку? А за вами пойдут?

Сзади раздался шум, девочка обернулась. Четко вышагивая, к ним двигался отряд гвардии во главе с капитаном Марстеном Дайрсом. Мигом оценив ситуацию, он вышел вперёд и встал перед Элайной.

— Шевалье, довольно комедии, что вы тут устроили?

Тот, едва заметив капитана, как-то даже сдулся, обмяк. Да и у его сопровождающих резко убавилось желание участвовать в каких-то спорах.

— Не могли меня дождаться, ваша светлость? — очень тихо, но весьма впечатляюще прошипел капитан в сторону Элайны. — Что за привычка лезть куда не следует?

— Я не знаю, что он там успел бы сделать с арестованными.

— Да ничего бы он не сделал! Не совсем же он идиот, должен же был понимать, что если что устроит, то к нему будет столько вопросов, что не отмоется. И уж точно они возникнут в связи с арестом одного из членов комитета, которого никто без вашей визы арестовать не вправе. Даже этот арест скорее жест отчаяния, чем какой-то хитрый план.