Шрифт:
Удивлённо открываю глаза. Алиса склоняется и жадно прижимается к моим губам. Чувствую соленый привкус от слез.
Блядь, лучше бы по роже врезала, честное слово!
Мычу сердито ей в губы, разрывая поцелуй. Зарываюсь пятерней в ее гриву, покрываю поцелуями мокрое лицо.
– Я за каждую твою слезу сдохнуть готов, – сглатываю ком. – Отработаю, лапуль, и за себя, и за всех козлов. Не плачь только.
Сажусь на диван, не отпуская Алису. Расстегиваю ее пальто, пробираюсь ладонями к талии, прижимаю к себе плотнее. Алиса растекается по моей груди, тихо всхлипывая.
Глажу ее везде, где могу дотянуться. Хочу прочувствовать всю. Что она рядом. Моя. Вся.
Увлекаюсь. Начинаю чуть настойчивее поглаживать ягодицы. Руки Алисы плавно скользят в ответ по моей груди.
– Пиздец ты похудела, – выдыхаю.
Перетекаю ладонями по бёдрам, поднимаюсь по талии к груди, сжимаю едва ощутимо, но Алиса так ахает, что член тут же снова встаёт колом.
Медленно веду ладонями вниз. Ныряю под объемный свитер, расстегиваю пуговицу на ее брюках. Хочется разорвать их к херам, но я сдерживаюсь. Глажу ладонью нежную кожу на животе. Хмурюсь.
Живот… странный. Раньше мне казалось, что он впалый и мягкий, а теперь будто стал твёрже и выпирает немного.
– Отвези меня домой, – вдруг ни с того, ни с сего заявляет Алиса и резво вскакивает с меня.
– Стоять, – рычу, вскакивая следом, хватаю ее за руку.
Алиса замирает. Вижу в ее глазах испуг.
– Алиса, – выдыхаю предупреждающе, чтобы и не думала никуда рыпаться.
Медленно поднимаю ее свитер и чувствую, что рука дрожит. Практически ходуном ходит. Веду ладонью, очерчивая едва ощутимый под ней круг.
Смотрю на Алису пристально, пытаясь понять, о чем она думает.
– Я ни на что не претендую, – шепчет она.
Беременна.
Обессиленно падаю на колени. Алиса замирает, шокированно глядя на меня.
Упираюсь лбом ей в живот. Жмурюсь, потому что глаза печет. Выдыхаю судорожно. Сердце начинает долбить об ребра, то и дело замирая. Грудь ноет. Не могу вдохнуть полной грудью.
– Когда узнала? – хриплю.
– Через месяц, – тихо отзывается она.
Сжимаю руками талию женщины, которая, несмотря на то, что осталась одна, несмотря на то, что отец – бандит с хуевой генетикой, все равно не избавилась от ребенка. Моего ребенка.
Сильная, смелая женщина. Богиня. С яйцами.
– Спасибо, – морщусь и чувствую, что меня куда-то кренит. – Прости меня.
55. Рэм
– Рэм! – взвизгивает Алиса и через секунду я вижу над собой ее испуганное лицо. – Рэм, что с тобой?!
– Все отлично, лапуль. Не волнуйся. Тебе нельзя. – улыбаюсь и морщусь от чувства распирания в груди.
– Ты совсем рехнулся?! – кричит Алиса строго, стаскивая с себя и подпихивая мне под голову свое пальто. – Ты решил сына сиротой оставить?!
– Он взрослый уже, – усмехаюсь. – Замерзнешь.
– Ага, огромный просто! Меньше ладони!
– А, – растерянно отзываюсь. – Так это сын? Как там разглядели-то?
– Рэм, где болит?
Показываю на грудь, но чувствую, что стало полегче.
– Не болит. Давит.
– Господи, связь не ловит, – рычит Алиса сердито. – Где твой спутниковый телефон, я сейчас скорую вызову.
– Не надо скорую, я нормально. – пытаюсь сесть, но Алиса не дает.
– Я не терапевт, но очень похоже на инфаркт. – склоняется ко мне, заправляя за ухо непослушную прядь, хмурится строго. – Имей в виду, если сейчас же не ляжешь в больницу, то я даже разговаривать с тобой больше не стану.
– Встань с пола. Застудишься. – улыбаюсь ей. – Нет у меня с собой телефона. Единственный вариант – ехать самим. Связи здесь нет.
– Хорошо, – кивает Алиса. – Пойдем в машину. Только осторожно.
Не разрешает мне ничего делать. Сама вырубает свет, закрывает дом. Идет рядом, придерживая меня за талию. Обнимаю ее за плечо. Заботушка моя.
– Куда? – рычит, когда я хочу сесть за руль. – На заднее сидение и лежать не шевелясь.
Повинуюсь.
– Лапуль, ты только не нервничай, – прошу ее, потому что мне кажется, что она слишком быстро гонит. – Тебе нельзя.
– Я три месяца нервничала. – огрызается. – Не умерла.
– Алиса, – говорю чуть строже. – Скорость сбавь. И тон.
Она бросает на меня удивленный взгляд, но притормаживает немного.
– Все. А теперь включи радио погромче и едь спокойно. – вздыхаю. – Эх, а так в баню хотелось.
– Слава Богу, что ты в нее не успел сходить, – бурчит рыжуля недовольно, но все же более сдержанно. – Давно болит?
– Да не, впервые такое, – пожимаю плечами.
– Ну, зачем ты врешь-то? – фыркает Алиса укоризненно.