О! А вот этого я ещё не видел!

Луковица тентаклемонстра стала вытягиваться в своё идеальное состояние, за счёт чего пасть превратилась в пылесос и принялась засасывать всё, что находилось под монстром. Мусор, камни, какие-то бочки… Ну и меня до кучи. Спасла свая, на которой держалась угловая изба. Я обнял её как любимого котёнка, которого не видел целую вечность, руками и ногами. И знаете что? Никакая физика не объяснит тягу такой силы таким механизмом. У него чёрная дыра внутри что ли?! Или вакуумный насос?! А ещё, он по-прежнему не видел ничего под собой, а потому немного двигался из стороны в сторону, чтобы объять наибольшую площадь. Что за?!

Через секунду после того, как эта срань перестала своё чёрное дело попадало всё, что не успело скрыться в его бездонной жо… глотке. И рядом со мной навернулась примерно двухсотлитровая бочка открытый склад которых монстр и зацепил своим поглощением под конец. Чудовищный хлопок и мне прямо в лицо прилетает тухлой рыбиной, а сам я с ног до головы оказываюсь облитым склизким вонючим и до жути пративным рассолом примерно именно того же качества, что и фрагменты рыбы бурой кашей стекающие с моего лица. Амбре при этом было таким, что просто словами не выразить! Не удивительно, что часть содержимого бочки улетела в стратосферу.

Минуточку… Это же может сра… А, да. Перекат-перека-а-т-перек-а-а-а-а-а-т! Долбаный барабанщик! Долбаная рыба! Долбаные бочки! Как же воняет боги… Зато я теперь скользкий.

А ведь я пробовал рубить эту тварь. Ещё в самом начале. Снял целых три хита за удар. Нет, не процента, а именно хита. Из, примерно, пяти с половиной тысяч.

Второй раз на фазе уклонения от щупалец я уже экспериментировал. Пытался забегать в угловые дома, которые были ограниченно доступны, а потом выпрыгивал в окна и смотрел, как тварь сносит гнилые стены и ломает всё на свете. Не скажу, что было совсем полегче, чем в первый раз. Тогда мне как-то повезло вот не попасться тонкому щупальцу, которое мигом оплело меня, выдавливая весь воздух и быстро сокращая полоску здоровья. Казалось, что я разучусь дышать, еле-еле не с первого удара удалось сделать твари достаточно больно, чтобы она разжала хватку, потом сразу пришлось уворачиваться от барабана, а дыхание восстанавливать и юзать целебный кристаллик уже по ходу дела.

Но то, что задумал мне сделать удалось. Я выкатил несколько бочек со склада. Осталось дождаться только момента, когда ктулхоид захочет пососать. И ведь захотел!

В последний момент успел разбить бутыль с маслом о уже собирающиеся взлететь бочки и не дожидаясь когда они займутся кинулся к любимой свае. Иди сюда, мой котёночек, дай я тебя снова обниму!

До последнего не верил, что сработает, а потому пялился в этот летучий зубастый анус, как самый некрутой парень на планете, а в голове, как на заевшей пластинке снова и снова повторялся диалог того профессора физики, который «Не должно». Притом, если «и не должно», то это вполне себе было бы ожидаемо. Но нет.

Долбануло так, что заложило уши! Я был прав дважды! И в том, что это дерьмо выработало в бочках достаточно взрывоопасного газа и в том, что эта тварь где-то внутри себя дробит всё в кашу. Горящие бочки лопнули, газ высвободился и… как и опасался профессор…

— Да! — возликовал я, когда от хитов босса отвалилась половина здоровья. Половина! Не треть, не четверть! По-ло-ви-на! Правы были господа сапёры: если ты не можешь решить проблему с помощью взрывчатки — ты использовал мало взрывчатки! Да! Да! Да!!!

Ой! А чегой-то он?

Резко спичужившись и раздавшись вширь ктулхоид вдруг резко вытошнил всё, что было в его бездонной утробе прямо под себя в месте с частью собственных внутренностей. Затем его повело в сторону, он своей тушей срезал крышу дома напротив, а затем и вовсе рухнул на него, потеряв ещё процентов десять своего здоровья и издав просто оглушительный рёв, от которого меня просто отбросило на пару метров назад, предварительно оглушив и лишив ориентации в пространстве.

Поднявшись, сведя шары в кучу и выставив перед собой меч я вдруг понял, что нисколечко не улучшил своё положение. Почему? Да потому что первое, что увидел — это восемь пар здоровенных зеленоватых водянистых глаз. И все без исключения смотрят на одного единственного меня. Пошла вторая фаза.

Сейчас самым опасным оружием ктулхоида могли быть только тонкие щупальца. Они подвижные, быстрые и сейчас тварь меня видела настолько чётко, насколько это вообще возможно. Ими он и атаковал. Одновременно с разных сторон, но в одну точку, что позволяло мне перекатами уходить от его атак и всё-таки подобраться вплотную, где он, хоть и видел меня, но сделать сразу ничего не мог.

Это позволило мне снизу вверх полоснуть его шкуру наотмашь. И… ничего. Как говорят танкисты — «Не пробил!», но сколько-то сантиметров его шкуры всё-таки прорезал, о чём свидетельствовал образовавшийся отвратительный рубец, который позволил рассмотреть его хоть и грубую, но пузырчатую кожу. В нос ударил отвратительный запах какого-то газа. Аж слёзы из глаз брызнули. Вновь ушёл с линии атаки одного тонкого щупальца, рубанул по второму, а затем снова подскочил и на остатках стамины вонзил клинок прямо в центр разреза. А потом вместе с ним отправился в довольно продолжительный полёт, отброшенный рёвом твари и… струёй вонючего газа, вырвавшейся из плоти твари!

Как только восстановилось хоть сколько-то стамины, куборем ушёл в сторону. Спустя полсекунды в то место, где я лежал сразмаху ударило оба тонких щупальца, вздыбив землю. Вскочил на ноги и осмотрелся насколько возможно. Босс свистел через рану, как воздушный шарик, отравляя своим смрадом всю арену. Мой удар сразу ему много вреда не нанёс, но он действительно стал терять вместе с летучим газом единички и… я не придумал ничего лучше, чем добавить огоньку посредством зажигательной смеси в получившуюся вакханалию и кинулся за ближайший дом, когда увидел, что струя газа действительно воспламенилась.