Пока Алексей нарезал круги, тихонько матеря меня и пытаясь понять, что же здесь вообще творится, я преспокойненько примерил щит. Вполне себе удобно. Зато стамина не тратится, когда я им прикрываюсь. Крепление на руку внизу верхней трети пластины, чуть выше, чем посередине, есть возможность спрятать от врага всю проекцию, Оружие… Взял из кучи полукувалдочку, взмахнул пару раз… Приемлемо. Поймал на себе очень недобрый взгляд друга.

— Мне нужны ответы, — мрачно изрёк он.

Ответы? Понимаю, что парень находится на грани срыва и с этим срочно нужно что-то делать, чтобы потом не стало вот уж совсем плохо.

— Неа.

— Чт… Прекрасно, вези меня домой, псих.

— Опять нет. Ножками. Всего-то десять километров по лесу, ну а на трассе попутку словишь.

— Ден… мы уже поссорились. Давай не будем доходить до крайностей, я правда, не хочу тебя бить, — голос друга стал тихим и угрожающим. Меня немного пробрало, но тут либо пан, либо пропал.

— Это плохо, потому что именно для этого я тебя сюда и привёз. Мне нужно именно это. Притом на полном серьёзе.

— Совсем с катушек съехал?!

— Не знаю, очень на то похоже. Ну же, Лёха, ты сам себя задерживаешь. Неужели никогда не хотел съездить мне по физиономии?

— Точно спятил! — Парень злился, стоя над грудой матбазы. Взгляд его попеременно переключался с молотков и вил на меня, я же всё так же стоял, подняв щит левой, а в правой зажав полукувалдочку, держа её за низ облитой пластиком рукоятки. — А! Ладно! Чёрт с тобой, но потом даже не жалуйся.

— В бардачке лежит юридический отказ от претензий на случай моей смерти или тяжёлого ранения, можешь забрать его прямо сейчас.

— Е*онутый. Мой друг просто е*онутый, — с этими словами парень поднял дубину и кинулся на меня.

Где-то на четвёртом ударе он уже вошёл во вкус.

По итогам нашей… ну… пусть это будет тренировка, выяснилось, что щит — это довольно несложная в освоении вещь, по крайней мере, у меня не возникло почти никаких затруднений. Удары я уже получал, а потому почти не боялся замахов. Да и штукой размером с дверь закрываться от ударов было не сложно. Иное дело, что расход стамины напрямую зависил от веса оружия и силы удара. Так например бита сама сломалась, а вот удары той же самой полукувалды уже отъедали пятую часть от зелёной полоски, ну а поскольку мой друг подобного ограничения не имел, то бил часто и со временем всё усерднее, пусть время от времени и потрясал отсушенными руками.

Под конец, когда страх сменился азартом, мы попробовали и более крутые вещи. Так колун со звоном пробил тканую преграду и отскочил от пластины на первый удар, отожрав половину стамины, а вторым ударом и вовсе отбросил меня на землю, заставив потерять равновесие. Рука при этом болела нещадно, а здоровье просело аж на десять процентов.

Ещё одни неприятный сюрприз свалился на меня, когда мой спарринг партнёр пнул в нижнюю часть пластины и она больно хлестнула меня по ноге. Притом щит почему-то отлетел в сторону, выводя меня из равновесия и оставляя тело полностью беззащитным для прямого удара. Вообще, когда стамина сбивалась таким образом, рука со щитом, как будто сама отлетала в сторону. И… это, кажется, уже не моё свойство, а целая игровая механика. Нехорошая механика, чего уж говорить, но придётся иметь её ввиду.

Было ещё пару неприятных моментов, касательно того, что щит срезал мою подвижность, но виной этому перевес и ничего на данном этапе с этим было не поделать.

На игрища со щитом мы убили три полных часа и ещё чуть чуть, а под конец Лёха взял из багажника «Волю Пограничника» и мы устроили что-то вроде поединка, который, правда, быстро закончился, потому как у моего друга системы не было и он уже был на исходе своих сил.

— Поверить не могу, что ты даже не вспотел! — Возмущался парень, зайдя по колено в речку и смывая пот с лица. — Как такое возможно?

Сам он тяжело дышал, был весь раскрасневшийся и довольно своеобразно пах. Ему реально надо поменять дезодорант.

— Ну… это будет очень бредовое объяснение на самом деле.

— Ладно, — пригоршня воды ударила в лицо парню и он усиленно принялся тереть его обеими ладонями. — Я понял, потом расскажешь.

— Обязательно, как буду готов, — серьёзно кивнул я ему. — По шаурме?

— Мне две и ты платишь! — моментально отозвался пацан. — Ты мне сегодня кучу нервов сжёг!

— И калорий, что тоже нужно компенсировать, — покладисто согласился я. — Поехали.

И мы поехали.

Вечером я вновь сел за стол и вновь тщательно задокументировал все свои ощущения от тренировки. Была ли она мне действительно полезна — покажет только данж, но теперь мне хотя бы было не так страшно ждать его приближения.

Утро следующего дня началось с данжа. Ага. Вот так просто, проснулся, совершил утренний моцион, позавтракал, отметил, что заканчивается нормальная еда, по-быстрому собрался добежать до магазина, открыл дверь квартиры, а там…