— Ничто в этой крепости не хочет навредить мне, — ровным, но твёрдым тоном выдала моя Хранительница Чаши.

— Но он может. — не согласился рыцарь, посмотрев на девушку через подмышку. Под «он», гигант, разумеется, имел ввиду меня, а чтобы никто не сомневался, ткнул в мою сторону закованным в изящную, но массивную перчатку с оттопыренным указательным пальцем.

«Зачем?» — не понял я.

— Не имеет значения. — склонил голову Скат. — Главное — сама возможность.

«Почему ты пришёл только сейчас, а не когда ей реально нужна была твоя помощь?» — резанул я по больному, за что был удостоен багровой вспышки во взгляде Разрушителя. Серьёзно! Прорези глаз рыцаря засверкали красным, прогнав у меня по спине целый табун мурашек, принёсший с собой ощущение скорой и неотвратимой смерти. Тем не менее, рыцарь не напал.

— Я искал. Всё это время, — прогрохотал он, опустив могучие плечи, — но столетия шли, а поиски были тщетны. Пришёл на свет в надежде на чудо, и чудо свершилось. Теперь я буду здесь.

А, да. Пришёл на свет. За его спиной из чаши огня перестал валить дым. Теперь в неё с небес из небольшой облачности, слегка загородившей мой «Небесный Атлас» вертикально вниз бил ровный белый луч света. К слову, из-за облаков уже снова разливалась краснота, свидетельствующая о том, что очередное ПВП уже не за горами и я уже могу осуществить вторжение. Но сегодня всё ещё можно было обойтись без этого.

— Тюрьма сокрыта от глаз теней, — подтвердила его слова Лия, но тут же уточнила свою позицию, — И тем не менее, мне не нужен телохранитель.

— Госпожа, это не обсуждается. — Скат встал боком так, чтобы меньше вертеть головой между мной и девушкой. — Даже если странник не намерен вредить вам сам, он постоянно возвращается в свой мир, а сюда приходит только для того, чтобы уйти в новое странствие. Странствие, из которого однажды не вернётся!

— А до тех пор, здесь слишком мало места, чтобы терпеть ещё и тебя! — воскликнула, впервые на моей памяти выказав столь яркие и негативные эмоции, дворянка, даже топнула ножкой, не сдержав своего гнева. — Если хочешь защищать — защищай замок и не смей показываться мне на глаза без крайней на то нужды! — и уже более спокойным голосом, вдохнув и выдохнув продолжила. — Над вратами появилась караулка. Не такая, как в наши времена, но там высокий потолок и нет ветра, а сквозь дыру в стене можно быстро оказаться в проходе. К тому же завалы на стенах исчезли, так что в час нужды сможешь оказаться здесь быстрее любого захватчика.

— Госпожа… — аж отпрянул от неё Скат, его глаза пульсировали из-под забрала алым гневом, а кулаки сжались так, что перчатки лязгнули, не такого воссоединения он желал, а я уже трижды пожалел о том, что оставил булаву здесь и сейчас беспомощно искал способы добраться до неё. Нет, я сумею завладеть оружием прежде, чем озверевший от ярости рыцарь набросится на меня. Наверное. Но вот Лия… К ней я не успевал никаким образом.

— Я… повинуюсь… — понуро поклонился рыцарь, неожиданно успокоившись, поднял с пола алебарду и медленно зашагал в сторону лестницы. Дойдя до меня, он остановился и, не повернув головы, глухо пророкотал. — Я пришёл не один. Привёл кузнеца, он будет рядом со мной. Подойди к нему, прежде чем отправиться в новое путешествие.

И ушёл.

— Ты не очень-то рада его видеть. — констатировал я, приблизившись к девушке, когда массивная фигура Разрушителя исчезла за очередным поворотом стены.

— Как и любого другого свидетеля своего прошлого. — утёрла Лия тонкую струйку слезы со щеки. — Не думала, что те воспоминания настолько свежи.

— О том, как было до… Игры?

— Нет. О том, как они все стояли и смотрели, как меня приковывают к столбу. И никто не сказал слова против. Да они даже факел к моим ногам не бросили…

Оу. Вспомнилась куча хвороста на которой стояли иссушенные ноги живого мертвеца, коим Лия была совсем недавно.

— Прости.

— Это ты меня прости. Ты мог услышать, что мне в тягость твоё присутствие, но это не так. Ты, Странник, лучшее, что со мной случилось за все эти столетия. И я каждый новый день благодарю сущность, что привела на ту площадь именно тебя. И пусть дни мои серы, но ты даёшь им смысл, а наблюдая за твоими странствиями я чувствую, как движется время. — девушка виновато шмыгнула носом, попыталась посмотреть мне в глаза, криво улыбнулась и осторожно спросила: — Есть что-нибудь сладкое?

Не отвечая, распаковал ореховую шоколадку.

Сам же, пока девушка заедала стресс, разгрузил свой инвентарь в угол караулки под башней. Пара палеток воды, ещё немного копчёностей, пара упаковок яиц, молоко долгого хранения, овощи и фрукты. Надеюсь, мы с Лией успеем всё это съесть прежде, чем продукты испортятся. На помощь в этом плане от рыцаря я, честно говоря, не рассчитывал, да и вообще старался не думать о белой обезьяне. А то в голову начинают закрадываться вопросы навроде того, что эта громадина закидывала в себе в топку все эти столетия в мире, где я её видел ничего кроме зомбятины?

Ну а перебрав свой инвентарь, сам отправился на поиски великана и того кузнеца, о котором он говорил. Всё-таки заточка оружия в играх — это, блин, важно!

Скат из Коринфа прямо сейчас был похож на монолитный кусок чёрного железа. Воронёный памятник самому себе сидел рядом с небольшим костерком у дыры в стене и смотрел погасшими прорезями в забрале на раскинувшееся перед Забытой Крепостью столь же потерянное во времени поле брани. Лия не обманула его. В основной части длинной надвратной конструкции не гулял ветер. Здесь по обе стороны стен через равные промежутки стояли массивные железные котлы, из которых на тараны и пехоту штурмующих войск осаждённые когда-то выливали раскалённое масло и кипяток. Рыцарь же, будто в пику приказу, уселся на пол как раз там, где особо мощный снаряд катапульты проделал в помещении огромную сквозную дыру и реагировать хоть как-то на внешние раздражители перестал вовсе. Не то, что перестав издавать хоть какой-то шум, но даже перестав двигаться.