— Я же велел тебе ждать меня, — отрезал он, проигнорировав её раздражённый взгляд. — Хотя, полагаться на твоё послушание было, наверное, чересчур оптимистично.

— Я ж-ждала! Ты не п-пришёл! Мне что, надо было торчать на виду, чтобы Грейв меня зарезал? — выплюнула она, растирая онемевшие руки по голым плечам.

— И ты решила спрятаться в сугробе?

— Я п-подумала, никто не станет меня там искать. И, кстати, это сработало, — фыркнула она.

— Ты синяя, — сухо заметил Роуин. — По-моему, не твой цвет.

— Пошёл ты, — процедила она сквозь зубы.

Он едва заметно усмехнулся, прежде чем кивнуть в сторону комнаты:

— Кстати, мне не нравится, во что ты и Эллин превратили мою спальню. Я вас тут оставил буквально на день. Ты большую часть времени спала — и всё равно.

Вокруг царил полный хаос. Вся поверхность комода была заставлена её флаконами, расчёсками и шпильками. Нижнее бельё свисало с изголовья кровати, ленты от корсета валялись на полу рядом с кучей обуви. На ковре красовалось пятно от губной помады, которое она, кстати, пыталась вывести перед балом.

— Всё не так уж плохо, — буркнула она. — У меня дома вообще пола не видно.

— Чёрт побери, — пробормотал он.

— Если ты собираешься ворчать весь остаток ночи, я лучше снова пойду мёрзнуть, — проворчала она. — И вообще, где ты был?

Как ты мог оставить меня одну, когда меня чуть не нашёл Грейв?

— Нужно было кое-что уладить, прежде чем Нокс проведёт финальный обход и выгонит оставшихся гостей. Я думал, управлюсь быстрее, — коротко ответил он, уже направляясь в ванную и жестом подозвав её. — Последний час я тебя искал, но даже не подумал, что ты умудрилась полезть на улицу. Но когда увидел, что Грейв туда вышел, решил проверить. Впечатлён, что ты смогла от него ускользнуть.

— Чуть было не попалась, — призналась она, следуя за ним. — Но твоё кольцо помогло. Так что, наверное, придётся взять свои слова обратно… хотя оно всё ещё ужасное.

Он одарил её уничтожающим взглядом.

— Кстати, о Грейве. Что это за версия игры? Охотничий клинок — это единственное оружие, которым он может нас убить? И мы правда прячемся в спальне? Это твоя гениальная стратегия, по которой ты побеждал пятнадцать лет?

Она поняла, что за всей суетой, подготовкой к чёртовой свадьбе, толком не подготовилась к самой Охоте.

— Дыши, Женевьева, — велел он, сдвигая в сторону створку встроенного шкафа с бельём внутри идеально белой ванной.

Она показала ему язык. Потом всё-таки вздохнула.

— «Блуждающие комнаты» — любимая версия Грейва. Каждые четыре часа мы обязаны менять укрытие. Всего — три смены за его ход. А прятаться во время перехода сложнее всего, — объяснил он, протягивая ей сложенные полотенца. — И да, охотничий клинок — единственное, что может нас по-настоящему убить. Хотя, конечно, мы можем серьёзно замедлить друг друга: свернуть шею, перерезать горло… Но если хочешь гарантированно безопасный вылет соперника — бей в сердце. Хотя зрители, как правило, предпочитают более… зрелищные варианты.

Женевьева присела на корточки, наблюдая, как Роуин водит пальцами по стене в глубине шкафа.

— Моя спальня, возможно, и слишком очевидное укрытие, — сказал он, — но соседняя комната вполне подойдёт.

Его голос стих, когда он сдвинул панель стены в сторону, открывая проход в другую ванную. Умбра юркнула внутрь без всяких колебаний.

Он махнул Женевьевой, чтобы она шла следом, и ей пришлось сдержать недовольный вздох. Сейчас ей меньше всего хотелось снова протискиваться в какое-нибудь узкое пространство. Её способности Спектра обычно избавляли от подобных ситуаций, и одна мысль о том, что придётся снова застревать в щели, вызывала у неё тошноту.

Собравшись с духом, она опустилась на колени и начала ползти. Острые края отверстия беспощадно царапали свежие раны на её руках, а громоздкие юбки мешали продвигаться вперёд, пока она пыталась протиснуться сквозь проход.

Щёки запылали от смущения, когда она выпрямилась с другой стороны — не хотелось даже думать, как нелепо она, должно быть, выглядела. Но всё меркло на фоне зрелища, что предстало перед ней: Роуин, тщетно пытающийся протиснуться сквозь отверстие, борется с собственной шириной плеч.

Он раздражённо выдохнул и, перевернувшись на спину, упёрся руками в стену, вытолкнув себя наружу. Похоже, как и она, он был не привык решать проблемы без магии. Честно говоря, Женевьева и не думала, что он вообще пролезет. Грейв или Ковин уж точно не смогли бы.

Пока он задвигал панель обратно, она спросила:

— В чьей ванной мы сейчас?

— В ванной Грейва, — ответил он.

Женевьева остолбенела:

— Ты спятил?

— Если бы мы пытались попасть в его комнату с коридора, то обнаружили бы две вещи, — начал он, направляясь к зеркалу и накрывая его полотенцем. — Первое: дверь заперта. Второе: она заминирована. И не самым приятным образом.