— Тогда встретимся часов в семь там.

— Хорошо.

— Тогда до встречи.

— До встречи.

Он повесил трубку, а я отложил телефон и откинулся на спинку кресла. Задумался.

Что ты за дьяволица такая, Камилла?

Я из-за тебя всем лгу, плету интриги и выкручиваюсь как уж.

И самое главное, что сам ведь понимаю, что у нас ничего не может быть и не должно, но мешаю собственному брату получить её…

— Закончила? — спросил я Камиллу, когда рабочий день был окончен, а она всё ещё копалась в папках.

— Да, — ответила она, отходя от шкафа с документацией. — Закончила.

Она взяла пальто и сумочку в руки, в сапоги переобулась заранее.

— Шоколадку не забираешь? — кивнул я на стол.

— Боюсь, если притронусь к ней — получу от вас головомойку, — ответила девушка.

— Правильно боишься, — изогнул я одну бровь. Меня это очень бесит — шоколадки эти. — Поехали.

Я закрыл кабинет и зашагал вперёд, к лифту. Девчонка цокала каблуками следом, неся за собой шлейф девичьих духов. Она оказалась рядом, и запах стал совсем ярким. Несладкий, приятный, даже изысканный — явно марка дорогая. Девчонка всё же обладает хорошим вкусом, и со временем могла бы вырасти в шикарную молодую женщину, но об этом я ей, конечно, не скажу.

Мы доехали до первого этажа в неловком молчании и в точно таком же молчании сели в авто.

— Только не надо его увольнять, — попросила вдруг Камилла.

— Кого?

— Казанцева.

— За что?

— За шоколадку. Это же просто шоколадка.

— Я не собирался его увольнять… — ответил я. — Если он, конечно, не перестанет трясти своими… шоколадками возле тебя.

— Я скажу ему, чтобы не тряс, — ответила смущённо девушка, понимая, что речь идёт вовсе не о сладостях. Тряс перед ней Казанцев не какао с сахаром…

— Я всё уже сказал сам, — сказал я, а авто остановилось у входа в дом. — Иди, я поеду ещё по делам. Рите скажи, что скоро буду.

— Хорошо, — равнодушно пожала плечами Камилла и вышла на улицу.

Я тоже покинул авто, чтобы пересесть в своё личное, а затем, проводив взглядом Камиллу, снова выехал на дорогу.

Меня ждал в ресторане Карим. Брат встретил меня хмуро, но руку пожал. Дела общие никуда не денешь, придётся нам свою личную неприязнь и распри усмирить.

— Здравствуй, брат, — сказал я и сел напротив него за столом ВИП-кабины дорогого ресторана.

— Здравствуй, Дамир, — кивнул он.

Карим сидел на противоположном диване и выглядел очень напряжённым.

— Как дела в офисе?

— Всё в порядке, ничего из ряда вон выходящего.

— Ты уже сделал заказ?

— Нет ещё. Я сам только что приехал.

— Тогда давай закажем ужин — я, честно сказать, голодный как лев.

— Давай.

Мы изучили меню, выбрали блюда и вино, оформили заказ. Пока несли еду, я снова завязал беседу о делах.

— Поэтому наша новая стратегия сыграла, — говорил Карим. — А что за идеи были у тебя?

— Давай поедим, а потом я всё расскажу, — улыбнулся я ему, заметив, что занесли подносы с дымящимися блюдами.

Мы отведали, как всегда, идеальных блюд этого заведения, и, когда уже наши тарелки опустели, я разлил по бокалам вино и откинулся на спинку дивана.

— Моя идея заключается вот в чём…

Я озвучил свои мысли, эти идеи я вынашивал давно, но решил озвучить сейчас, хоть проект ещё пока не доведён до ума, раз уж представилась такая возможность и повод.

— Толково, — оценил меня по достоинству Карим. — Принеси документацию мне, я ещё раз просмотрю, и обсудим с Фархатом.

— Хорошо, — кивнул я. — Завтра заеду после работы в офис. Я рад, что тебе они кажутся толковыми, брат.

— Я всегда ценил тебя как специалиста, Дамир.

— Это правда.

Мы оба замолчали, я не знал, как подойти к нужному мне разговору, а Карим просто не хотел общаться после того, что произошло вчера.

— Карим, я также очень рад, что ты не смешиваешь личное и бизнес.

— Выбора нет, — изогнул он бровь.

— Это мудро и по-мужски. Но я всё-таки хотел бы вернуться к тому, что случилось между нами.

Карим молчал. Его скулы напряглись, а губы плотно сжались.

— Я погорячился. Извини.

— Погорячился? — поднял брови вверх Карим. — Ты меня из дома выставил, брат!

Если забыл!

— Помню, — достойно принял я этот удар. — Я виноват, что повысил на тебя голос и руку. Но не считаешь ли ты, что ты сам перешёл рамки, находясь в моём доме?

— Ты меня позвал сюда, чтобы снова отчитывать как школьника? — нахмурился он.

— Нет, — покачал я головой. — Всего лишь хотел извиниться и всё-таки отметить, что данную ситуацию ты создал сам. Не стоило тебе трогать Камиллу в моём доме.