Боже, какой стыд!

Я закрыла лицо руками и осела по двери на пол.

И как мне с этим жить?

Как мне выйти из комнаты, смотреть в глаза сестре, смотреть в глаза… ему?

Да я в жизни больше взгляд на него не подниму никогда. Потому что стыдно, потому что боюсь его. Я не знаю, чего от него ожидать, и своей слишком мощной силой он меня просто забивает в уголок за три секунды.

Как с ним работать, я себе вообще не представляю…

Первым порывом было собрать вещи и уйти отсюда, но куда мне идти? У меня нет денег, нет подруг, нет даже телефона дорогого, который я могла бы продать и снять квартиру.

Есть только украшения, но, чтобы их сдать мне потребуется время… Да и сдам я их, а дальше что? Как я смогу оплатить репетитора, поступить учиться, где я буду жить после поступления и как смогу оплатить квартиру?

Да никак. Не смогу.

От бессилия я расплакалась. И как я теперь?

А если он будет…приставать опять? Если примется настаивать на большем, как Сэм?

Как я переживу это второй раз? Я сбежала от этого из Европы, но снова нашла мужскую похоть у себя же в семье…

Что Карим, что Дамир думают только о себе и явно ведомые не головой. А мне очень обидно, что во мне видят лишь красивую куклу или дорогую вещь, а на мою душу, на мои чувства и на то, чего хочу я, мужчинам плевать.

И мне придётся остаться тут. Мне некуда идти, я не выживу сейчас сама без денег и без образования. Мне придётся всё это терпеть, стараясь поменьше пересекаться с мужчинами этого дома. Впрочем, Карима его старший брат от своей семьи отлучил, а вот сам остался, и он ещё более опасен для меня, чем Карим. Но выбора у меня нет.

Кое-как поднялась, добрела до кровати и свернулась на ней калачиком, прикрылась пледом. До сих пор била дрожь после сцены с Дамиром.

Он был похож на дикого зверя сначала в своей ярости, когда разозлился на Карима, который позволил себе лишнего, потом в своей ощущаемой на физическом уровне похоти, что просто обескуражил меня!

Муж моей сестры хотел… Прикасался ко мне, сжимал моё тело руками, касался губ.

Я просто до сих пор не могу поверить, что это был не какой-то странный сон…

Однако усталость взяла своё и вскоре увела меня в тревожный сон, полный его рук, синих глаз и мурашек по спине в момент, когда он ведёт большим пальцем красивой мужской руки по контуру моих дрожащих от страха и пересохших от волнения губ…

Когда я вошёл в спальню, Рита уже была внутри. Переодетая ко сну в кружевной сорочке, на которую я бы обязательно обратил внимание раньше, если бы мои пальцы до сих пор не ощущали губы другой. Её папах я уже смыл с себя, принял душ в ванной кабинета и переоделся в футболку и джинсы. Но сознание моё так и осталось воспалено и возбуждено её беззащитным трепетным видом, дрожащими ресницами и полуоткрытыми пухлыми губами, которые так и звали согрешить…

И в этот момент она совсем не казалась мне сопливой девчонкой. Она манила и возбуждала меня как женщина — молодая, красивая, соблазняющая одним видом. И я поддался этому зову, который словно слышало моё тело. Поддался, а теперь жалею.

Рита причёсывала волосы, не подозревая о том, что обуревало меня на самом деле, и я, конечно, ей не скажу ничего. Но всё равно она видела, что со мной явно что-то не так, и вглядывалась в меня в зеркало.

Она отложила в сторону расческу и обернулась на меня. Я продолжил путь к кровати как ни в чем не бывало. Стянул с себя футболку и бросил её на тумбочку у кровати.

— Дамир, — позвала она меня.

— М-м?

— Что там случилось? Карим такой злой выскочил без пальто на улицу.

— Ничего, он на машине. Потом заберет своё пальто.

— Что между вами произошло?

Я не ответил. Это её не касается. Мои отношения с братом — только мои. И уж тем более я не скажу ей, что причина ссоры, по которой я выгнал собственного брата из дома — Камилла.

— Дамир, — положила Рита ладони мне на спину. Она успела дойти до меня, пока я снимал джинсы, чтобы лечь в постель. — Поговори со мной. Я же вижу, что-то случилось.

Я повернулся к ней. Часть правды ей всё же стоит знать.

— Карим целовался с Камиллой, — ответил я, ощущая, как против воли снова сводит челюсть от злости. Он её целовал! — Я их поймал в одной из спален.

Рита же, вопреки моим ожиданиям, улыбнулась.

— Пусть женятся, — ответила она, нежно проводя пальцами по моей щеке. — Ты же видишь, как они нравятся друг другу.

Я перехватил её руку и сжал.

Нравятся?

Мне плевать.

— Свадьбы не будет.

— Ай, больно! — пискнула она, потому что я слишком сильно сдавил её кисть.