— Не советую сопротивляться мистер Волков — Совер младший ощутимо напрягся, он видимо не думал, что я посмею возражать, видя перед собой стольких противников — У меня есть полномочия задерживать преступников где бы они не находились, и без разницы, Датская тут территория или нет! Тем более США не признает юрисдикцию Дании над этими территориями. Сдайте оружие!

— Я сейчас пальцем щелкну, и вас тут на этом берегу всех похоронят — Я нагло усмехнулся, хотя по моей спине лился холодный пот от страха — Ты блядь не заметил, что у меня тут два корабля вообще-то?! Нас несколько десятков человек! Военных моряков! Неужели ты думаешь, что они будут просто смотреть, как их командира какой-то звездюк вязать собрался? Значит так, ты сейчас грузишь свою жопу обратно в шлюпку и уё… уплываешь отсюда, и я, может быть, забуду про тебя и твоих подружек садомитов. Но это не точно!

— Значит не хотите по-хорошему? — Рон схватился за револьвер, висящий у него на поясе, а вся команда американской шлюпки ощетинилась стволами, нервно поводя ими из стороны в сторону. Мои слова дошли до всех.

— Ты же не девка, чтобы тебя хотеть. — Я тоже положил руку на свой револьвер, с которым не расставался с тех самых пор, как отжал его у дяди этого идиота — Не лапай пушку! Или ты решил в дуэль как на Диком западе поиграть? Ручки то у тебя трясутся Рон, на ганфайтера ты не похож. Прекращай хернёй страдать, а то так можно и пульку промеж глаз получить ненароком.

— Мистер Соверс, я вижу за скалой стрелка! — Панический выкрик одного из матросов заставил нас с Роном перестать играть в «гляделки».

— За дальней ярангой ещё один! Нет, их там несколько! — Тут же последовал новый возглас. — Нас окружили!

— Глазастые у тебя парни Рон — Кого они там увидели я был без понятия, нет тут никого кроме меня и инуитов, которые все были на берегу и с открытыми от удивления ртами смотрели на наши разборки. Померещилось, наверное, с испугу… — Как видишь я не вру. Так вот, продолжим, я ведь выполню своё обещание, если ты не угомонишься. То, что я шутить не люблю, может тебе подтвердить мистер Кир. Так ведь Мэйсон?

— Всё так мистер Волков — Мэйсон, который сидел в шлюпке чернее тучи, кивнул головой — Вы всегда выполняли свои обещания. Простите, я предупреждал мистера Соверса, что это плохая затея.

— Ты же знаешь Мэйсон, что все эти обвинения бред? — Я уже не обращал внимание на Рона, который затравленно оглядывался по сторонам — Какого черта происходит, можешь мне объяснить?

— Знаю мистер Волков — Мэйсон сплюнул за борт и решительно отложил свою винтовку в сторону — Этот ордер и для меня стал сюрпризом. Я же был там с вами, но нас с парнями даже не допросили. Знаю только, что с частным обвинением в суд обратился мистер Соверс. Не Рон, а я его дядя. Хотя вы столько для него сделали…

— Вот оно как… — Никак старый хрыч не успокоится! Я повернулся к Рону — Как поживает ваш дядюшка, как его драгоценное здоровье? Хотя не говорите, я вижу, что последствия инсульта налицо, у него с мозгами явно не всё в порядке. Бывает знаете ли такое после тяжёлых поражений мозга, слабоумие, деменция… Я думаю иск о признании его недееспособным, а также о защите чести и достоинстве и о клевете, за моей подписью уйдет вместе с моим доверенным лицом на вспомогательном судне, как только оно выполнит свою миссию. Пусть выбирает — дебил он конченный, или мне компенсацию платить! А я ведь много попрошу! Хорошо, что ты мне встретился Рон, теперь я хотя бы знаю, чего от вас тупых уродов ждать! Мы обязательно по пути зайдем на места захоронений всех членов прошлой экспедиции и проведем осмотры тел с фотографированием и комиссионным осмотром, слава богу тут на севере тела не разлагаются в вечной мерзлоте! Я такой материал в суд ваш гребанный выкачу, такую шумиху в прессе подниму, что твой дядюшка только рад будет, слабоумным оказаться.

— Это ваше слово, против слова моего дяди! Суд поверит ему, он уважаемый и авторитетный ученый, у него безупречная репутация, а вы проходимец! Как вы смеете обвинять его во лжи?! — Рон закипал как чайник.

— Ученый, хрен моченый! — Я рассмеялся — А его репутация подмочена его лживыми статейками, так же, как и его штаны! На моей памяти он под себя ссался раз сто, если не больше. А теперь валите отсюда, пока я добрый, устал я от вас!

— Ты ещё поплатишься за это, чертов русский! — Рон с ненавистью смотрел мне в глаза, казалось, еще немного и он бросится на меня чтобы удавить голыми руками, но всё же страх взял верх над чувствами, и он процедил сквозь сжатые зубы — Уходим парни!

— А чё это? — Старейшина стойбища подошел ко мне, с недоумением и обидой смотря на то, как только что причалившие белые люди уплывают обратно, так ничего у него и не купив — Почему уплывать?! Шкура, мясо, собака не надо?!

— Чего? — Я не сразу понял вопрос старика, меня трясло от адреналина и пережитого страха — А, ты про этих… Им шкуры и собаки не нужны были, они за другим приплывали.

— А зачем?! — Старик никак не мог поверить, что белые люди не заинтересовались плодами труда его племени.

— Свататься приезжали. — Я не вежливо ткнул пальцем в Рона, который сгорбившись сидел на корме шлюпки — Вот этот вот хотел жену твою себе забрать. Мол говорит такая женщина, огонь просто! Слух о том какая она в постели по всей Гренландии ходит, мол хвалят все, кто пробовал! Себе говорит её хочу, жить без неё не могу! Купить её предлагал!

— Чего?! — Старик круглыми глазами смотрел на меня открыв от удивления рот.

— Того! — Я дружески приобнял старика за плечи — Но ты не бойся, я ему сказал, что супруга твоя не продается. Такая корова нужна самому! Тебе, то есть, не мне. Я-то не потяну, у меня член на неё не стоит. Такая вот беда… Так он видишь, как обиделся? Чуть не пристрелил меня! Ревнивый зараза!