— Обхватывай слой, — я даю инструкции Гепаре, пока псионическим куполом сдерживаю Фурий. — И тяни вниз.

— Весь? — девушка в афиге.

— Весь, — киваю.

Гепара послушно цепляет второй слой, и мы проваливаемся вместе обратно к усадьбе, утаскивая за собой весь белесый туман вокруг с роем Фурий.

И вот белесый туман стелется вокруг старой усадьбы, а Фурии падают чуть ли не на головы Теней. Неудивительно, что первые набрасываются на вторых, и начинается грызня. Твари грызутся между собой, а мы с Гепарой наблюдаем за этим зрелищем.

Девушка явно в шоке от того, что смогла устроить — пускай и с моей помощью. Её щёки пунцовые, а стройное тело дрожит от возбуждения.

— Даня, что же это, что же это…

— Это сила «якоря», — усмехаюсь. — Твоя сила. А теперь пора закругляться.

Фурии уже разобрались с Тенями и, оглянувшись, натыкаются взглядами на нас. Но драться мне с ними не охота. Потом Гепара просто выключает функцию «якоря», и кусок Астрала с туманом и Фуриями просто улетает обратно в Океан душ.

И Фурии исчезают, как если бы их никогда не было.

— Как я это сделала?.. — шепчет Гепара. Смотрит на ладони. Пальцы чуть дрожат.

— Тут смешался план, — решаю повторить урок. — Астрал и реальность перекрылись. Пространство стало мягким. И ты смогла притянуть второй слой. Единственное — тебе не хватало энергии, и мне пришлось влить её в тебя. Ну и с координацией я тоже немного помог.

Она поднимает на меня светящиеся от счастья глаза.

— Ты вообще не понимаешь, что это для меня значит, да? Так спокойно говоришь!

— Просвети меня, — улыбаюсь, прекрасно всё понимая. Просто люблю иногда подначивать своих женщин.

— Это же новый горизонт! Я могу сражаться за род и за тебя, Даня.

С улыбкой касаюсь её щеки, и она щурится от восторга.

— Часто сражаться ни к чему, но да — в будущем мы одного крупного гада завалим с помощью твоей силы. Если захочешь поучаствовать, конечно.

— Шутишь?! Я только «за»!

Возвращаюсь в усадьбу — я весь в раздумьях. Дед Миша, правда, что ли, ты живой?.. Нереально, но если так, это столько проблем создаст роду. И нет, я не боюсь потерять место главы, даже если бы старик вернулся в полном здравии, что почти невозможно. Я основал род Вещих–Филиновых, и это новый род, который начинается с меня, пускай в предках и числятся Филиновы.

Но подумать об усадьбе не дают. По мыслеречи связывается Ледзор и сообщает, что к Рю но Сиро скоро двинется крупная флотилия филиппинцев. Это уже прямо военные.

Я тут же отвечаю морхалу:

— Тогда я пошлю к тебе Золотого Дракона.

— Хрусть да треск, а стоит ли? Помнишь же, граф, что по соглашению с японцами контингент в Замке Дракона должен быть ограничен, — напоминает Одиннадцатипалый.

Я фыркаю.

— Надо — значит, плевать. Если японцы начнут ерепениться, я просто покажу им, сколько филиппинцев мы уже размазали в море. Это ведь угроза не только нам, сколько всем японским островам за нами. А если японцы возмутятся — пусть сами свои острова защищают. Да что-то их ответной флотилии не видно.

— Хо-хо, граф, это по мне! Наносить правду.

Переключаюсь на Студня:

— Золотого отправляйте к Рю но Сиро как можно скорее. И нацепите на него кольцо. Филиппинцы скоро узнают, как выглядит настоящая зола.

Тихий океан, Восточное полушарие

Небо над Тихим океаном — безупречно чистое. Без облаков, без птиц. Лишь ритмичное биение крыльев, да золотые блики на чешуе — отражение солнца на теле того, кто сам старше большинства звёзд, мерцающих по ночам над этим миром.

Золотой Дракон летит высоко. Его полёт — не перемещение, а состояние. На драконьем пальце, ниже когтя, сверкает гигантское кольцо из стали с крохотным вкраплённым кусочком мидасия. Гумалин выковал этот обод специально для златокрылого.

На горизонте вспыхивают точки: японские родовые самолёты с гербами на бортах. Один за другим выходят на перехват, формируя эшелон. А потом — резкие фразы по мыслеречи:

— Зверь Вещего-Филинова! Возвращайся на базу! Немедленно возвращайся! Повторяем: это приказ! Род Амагири не потерпит нарушения закона Императора! А иначе мы откроем огонь!

Золотой не отвечает на этот бред.

Он поднимается чуть выше и по ментальному каналу связывается с телепатом. Кольцо на когте активирует соединение.

— Черви в летающих консервных банках пытаются остановить меня. Они смеют приказывать мне, королю неба.

Голос Данилы звучит лениво, почти зевая:

— Я посмотрел через Ломтика. Это всего лишь родовые самолёты, не имперские истребители. Дыхни, чтобы испугались и улетели. На худой конец — сбей, но не насмерть.

Золотой хмыкает. Самолёты как раз поднялись за ним следом.