– Как печально, – неожиданно пронявшись историей Джереми, обронила я. – Вы знаете, я долго думала, что мой папенька меня совершенно не любит. Даже ненавидит. За то, что я очень похожа на мать…

– Ваша мать была красавицей, – заметил мистер Холт, и я запнулась, совершенно позабыв о том, что собиралась сказать.

Подняла взгляд на него и встретилась с серыми, похожими на пасмурное небо глазами. Проклятье! В этот самый миг сердце совершило такой кульбит, что казалось, оно не удержится и оборвется. Мгновенно вспомнились слова лекаря, сказанные сегодня утром. О вечный! Алиса! Сию минуту возьми себя в руки!

– Я бы хотела вернуться к расследованию! – зачем-то сказала я, глядя Джереми прямо в глаза и думая совершенно не о том, о чем полагалось бы думать приличной девице.

Лицо вице-канцлера сначала вытянулось от удивления, а после приобрело жесткое выражение.

– Об этом и речи быть не может! – заявил он, вскочив с кровати и скрестив руки на груди. – Вы больше не будете принимать участья ни в каких расследованиях.

– Ну, знаете, Джереми, теперь это все касается и меня непосредственно! – возмутилась я. – На меня покушались. И я не хочу каждый миг оглядываться, дабы не съесть что-нибудь несовместимое с жизнью или не свернуть себе шею, споткнувшись… Ну или еще что там мне приготовили. Я хочу спокойствия, мистер вице-канцлер. И имею полное право бороться за него всеми силами.

Несколько секунд мужчина молчал, глядя на меня сверху вниз.

– Очень проникновенные слова. Но, думаю, именно пребывание рядом со мной ставит вашу жизнь под угрозу, мисс Фейл. Вам лучше держаться от меня подальше. По крайней мере до тех пор, пока я не найду главных организаторов заговора.

Теперь была моя очередь потрясенно и задумчиво молчать. Ах вот как. Значит, мистер Холт решил таким образом меня защитить и обезопасить. Очень сомнительно.

– Я взрослая самостоятельная девушка. И способна сама решать, что для меня лучше, а что хуже. Вы не имеете никакого права ограничивать меня, и если помощи от вас я не дождусь, то намерена отыскать убийц самостоятельно… – выпалила я на одном дыхании и только после этого осознала, что именно сказал мистер Холт. – Подождите! Послушайте, если меня собирались выставить виновной в вашем готовящемся убийстве и если бы попытка заговорщиков, не дай Вечный, все же удалась… то мне пришел бы конец. Или вы полагаете, что палач стал бы слушать мои оправдания и доводы? И вообще, помнится, первые головы летят с горя, а уж после – за преступление.

– С чего такие мысли?! – хмыкнул Холт.

– Читаю утреннюю прессу, – в тон ему ответила я, чувствуя, что устала и отчаялась что-либо доказывать. И если он меня выставит за дверь, то возьмусь за расследование сама, как и грозилась.

Джереми подошел к тумбе и, взяв небольшой колокольчик, с силой им тряхнул. По комнате разнесся тонкий звон, от которого у меня перед глазами заплясали цветные пятна. Оказалось, я была не готова к таким резким звукам. Но опомниться и высказаться не успела, потому как тут же в комнату вплыла пышнотелая средних лет женщина с загорелым лицом и добрыми глазами.

– Ребекка, поможешь мисс Фейл одеться и привести себя в порядок, – велел Холт. И, похоже, почувствовав накрывающую меня панику, пояснил: – Ребекка всю жизнь работала у моей матери. Я доверяю ей.

– Дело ведь не в доверии. И вы сами это понимаете. Я ведь права, Сара тоже?..

– Да! У нее было особенное украшение.

И тут же перед внутренним взором мелькнуло воспоминание, как служанка бережно прикрывает ладонью небольшую подвеску на груди.

– Но об этом мы с вами поговорим позже, – заверил меня мистер Холт, и я улыбнулась, услышав главное: поговорим. – Я все же считаю, что вам не помешает свежий воздух. Не буду мешать. Собирайтесь, – скомандовал Джереми Холт, уже намереваясь выйти.

– И не мешало бы девочку покормить! – тут же сказала Ребекка ему в спину. – Одна кожа да кости.

– Как считаешь нужным. Я доверяю тебе. Даже больше, чем себе.

Вот, значит, как! А я – не очень верю. Точнее, совсем не верю. Хватит с меня и ужина маленькой миленькой Сары. Интересно, она в казематах или сбежала?! Тут я поняла, что ни разу не полюбопытствовала, а что, собственно, случилось с другими исполнителями. Ой, как все жутко и страшно на деле… И очень запутанно. Вообще, если служанка травила меня под воздействием артефакта, то, может, и не виновата ни в чем, но как-то здравому рассудку не очень удавалось переубедить чувства.

– Только без молока, – тут же отрезала я, поймав на себе оценивающий взгляд Ребекки. – С некоторых пор я не очень люблю все, что связано с молочными продуктами.

– Как скажете, мисс Фейл. Я приготовлю вам супчик. По секретному рецепту моей бабушки. Он и мертвого из могилы поднимет.

– Ваша бабушка была некромантом?! – не удержалась я.

– Нет, что вы! Она была простой деревенской травницей. Ни капли магии, но очень много знаний. Каждая травка собиралась в определенное время. По-особому сушилась. Я не многое умею, но чтобы снова вдохнуть силы в такую красавицу – и этого хватит.

Ох, ненавижу все эти самолечения. Папенька говорил, что иногда они быстрее вгонят в могилу, чем болезнь.

Но портить отношения со служанкой с первых же минут знакомства не хотелось, потому я кивнула и миролюбиво попросила:

– Вы не поможете мне одеться? Как-то я еще не очень уверена в своих силах.

– Алиса! Ответь же! – заговорила брошь голосом Кейт.

Проклятье, я еще недели две назад обещала с ней встретиться. И все завертелось, закружилось…