Ну – маленьким для дворца, как по мне. Да и убранство показалось весьма скромным.

Хотя здесь скорее со мной сыграло злую шутку мое воображение. Ведь ненормально же, когда канцлер империи живет в почти обычном трехэтажном особняке с небольшим садом во дворе и прудиком с дикими утками. Как-то не очень подходит такое высшему должностному лицу огромной империи.

Прислуги во дворце тоже оказалось не так много, как я ожидала.

На воротах вообще никого не оказалось, зато я отчетливо прочувствовала магические разряды встроенных защитных артефактов. И стало ясно, почему требовалось письменное разрешение посетить дворец.

– Я правильно понимаю, что кольцо – своеобразный пропуск во дворец? – полюбопытствовала я, рука об руку с Джереми неспешно приближаясь ко входу во дворец.

– Это кольцо – пропуск много куда, и во дворец тоже! – поднес Холт мою кисть к губам и легонько поцеловал пальцы.

Вроде невинный жест, но так волнующе… аж мурашки побежали по спине. Ну вот зачем он это делает?! Я же теряю нить разговора, и даже мысли путаются…

Вот и сейчас не сразу осознала смысл его слов.

О! Значит, все же просто пропуск.

Я хмыкнула и решила не комментировать полученную информацию. Теперь отчасти стало ясно, к чему этот фарс с помолвкой. Но почему-то именно это понимание скрипнуло досадой в сердце. Что ж, я и так прекрасно понимала, что помолвка ненастоящая. Но все равно обидно!

Дверь открылась мгновенно, стоило нам приблизиться к дворцу.

На пороге появился слуга в мышино-сером костюме. Сам он был лет сорока, с выправкой человека военного и лицом каменного истукана. В общем, типичный незаметный, но незаменимый домоуправитель. Чем-то поразительно напомнивший мне нашу преданную и вечно недовольную Мэри.

– Добро пожаловать, мистер Холт! Мисс Фейл! – кивнул он нам обоим попеременно и тут же посторонился, пропуская в помещение. – Вас давно ожидают. Его высокопревосходительство в своем кабинете.

– Спасибо! – кивнул Холт, снова превратившись в замкнутого, холодного и неэмоционального вельможу и пропуская меня вперед.

Проклятье, вот как понять, какой из них настоящий Джереми?

Почему-то у меня было чувство, что точно не тот, кто дарит мне цветы и целует пальцы, глядя в глаза так, что бросает в жар. А вот такой – холодный и замкнутый, более похож на настоящего представителя высокородного семейства.

Но еще больше мне необходимо было знать, что он замыслил и что чувствует. Даже второе важнее. Потому как если он продолжит в том же духе, то рано или поздно я все же не смогу противиться этому его влиянию. Стоп! Алиса, возьми себя в руки! Держаться на расстоянии. Не впускать его в душу! Такие люди, как Джереми Холт, способны только разбивать сердца.

Но и эти мысли скоро разлетелись.

Мы настолько быстро поднялись в кабинет, что я толком ничего не успела рассмотреть. Ну и черт с ним! Главное, что вот-вот станет понятно, что нам делать со связью. Я стану свободна и независима. Выпутаюсь из многоходовок вице-канцлера. И вообще… что-то так грустно стало, что даже подниматься по до блеска отполированной белой с золочеными перилами лестнице уже не хотелось.

– Что опять случилось?! – остановился Джереми Холт, напомнив мне, что чувства, даже тщательно скрываемые, для нас обоих – не личное.

– Ничего! – поспешно ответила я, пожав плечами и продолжив путь.

– Алиса, ты совершенно не умеешь врать, – заметил Джереми. – Остается только надеяться, что однажды ты доверишь мне и свои горести, и свои радости. По крайней мере мне бы этого очень хотелось.

Что он снова планировал этим сказать – осталось для меня загадкой. О Вечный! Ну у кого бы спросить, что все это значит и зачем он так со мной поступает…

– Нам сюда! – подхватив под локоть, Джереми увлек меня в сторону двустворчатой двери, от одного вида которой мне почему-то стало не по себе.

Не к месту подумалось, что если бы еще месяц назад мне сказали, что я войду в дворец канцлера, в его кабинет как его будущая невестка, пусть и фиктивная, то я бы покрутила пальцем у виска и посоветовала пройти осмотр у лекаря-психиатра. Да что там! Мне и сейчас все это казалось не совсем реальным, слишком быстрым и до обидного ненастоящим.

Короткий стук. Приглушенное: «Войдите». И вот мы в кабинете у канцлера. А он…

А он в теплом халате, домашних тапках и с чашкой чая листает газету.

– Почему о твоей помолвке знает пресса, но не знаю я?! – тут же вместо «Добрый день!» сурово поинтересовался канцлер, даже не взглянув в нашу сторону.

– Может, тому причиной ни на что не способные шпионы?! Или не слишком добросовестные журналисты, – принялся рассуждать Джереми, взяв меня за руку и увлекая за собой к дивану напротив канцлера. – И тебе хорошего дня!

– То есть не то что мой родной младший брат перед помолвкой даже словом не обмолвился, что придет с будущей женой, – проигнорировал канцлер совершенно прозрачный намек.