— Я не большинство людей. Так ты подойдешь и поцелуешь меня или нет?

— Нет.

Я снова ложусь, закрываю глаза и вздыхаю.

— Наверное, это все равно не лучшая идея. У меня отвратительное дыхание.

Когда молчание затягивается, я украдкой бросаю на него взгляд. Коул стоит на том же месте и смотрит на меня со смесью недоверия и растерянности на лице.

— Что?

— Просто... — Он качает головой. — Ты и твоя подружка Челси — вы две единственные в своем роде.

— Ты еще даже не видел нас в деле. — Я снова закрываю глаза.

После еще одной долгой паузы матрас справа от меня прогибается. Сильная рука нежно гладит меня по волосам.

Коул приказывает: — Перестань улыбаться.

— Я ничего не могу с этим поделать.

— У нас не будет отношений, Шэй.

— Неважно, как строго ты пытаешься это сказать, это все равно звучит как чушь.

— Это не чушь.

— Да ладно. Ты одержим мной. Как долго, по-твоему, ты сможешь продержаться, прежде чем станешь посылать мне бриллианты, розы и писать песни о любви?

Коул издает небольшой смешок.

— Ты всегда такая...

— Очаровательная? Неотразимая? Да.

— Я собирался сказать «упрямая».

— О. Да, довольно часто. Ты также должен знать, что я невероятно нетерпелива. Это один из моих самых больших недостатков. И еще я могу быть угрюмой. Особенно во время месячных. Я говорю тебе об этом только для того, чтобы ты был готов.

Его кончики пальцев обводят линию моих волос, скулу, челюсть. Его прикосновение такое нежное, что я вздрагиваю.

— Я не могу завязывать отношения, Шэй. Моя жизнь слишком...

Когда Коул молчит слишком долго, я спрашиваю: — Беспорядочная?

— Опасная.

Открываю глаза и смотрю на него. Он смотрит на меня сверху вниз, его глаза полны эмоций, он так чертовски красив, что это ошеломляет. И от того, как он смотрит на меня, мое сердце начинает стучать.

— Чем опасна твоя жизнь?

— Просто опасна.

— Ты не скажешь мне?

— Я не могу. Это подвергнет тебя риску.

— Какому риску?

Он не отвечает. Просто наблюдает за тем, как кончики его пальцев обводят мою бровь, затем следуют за изгибом уха.

— В тот вечер, когда мы встретились, ты сказал, что только что расстался с девушкой.

— Это было другое.

— Значит, ты можешь с кем-то встречаться, просто не со мной.

— Это политика компании.

— Твоя семья владеет этой гребаной компанией.

— Вот почему еще важнее, чтобы мы соблюдали правила.

— Ты сейчас шутишь? Ты же знаешь, что половина людей в этом здании трахается друг с другом.

— И все же. Это политика компании.

— Еще раз об этом заикнешься, и я дам тебе прямо в нос.

Коул внезапно наклоняется и зарывается лицом в мои волосы. Он глубоко вдыхает, затем выдыхает и удовлетворенно вздыхает. Его плечи расслабляются.

Я обхватываю их руками и прижимаюсь щекой к его щеке, понижая голос до шепота.

— Теперь все изменилось. Неужели ты думаешь, что после этого мы сможем снова игнорировать друг друга на работе?

— Мы должны попытаться.

— О, правда? То, как ты нюхаешь мою шею, говорит об обратном.

— Не упрямься. Оставь это.

— Нет. Прости.

— Ты не сожалеешь.

— Ты сожалеешь, а я — нет.

Коул прижимается ближе, просовывая руки под мое тело, чтобы крепко прижать меня к своей груди. Мы лежим так какое-то время, просто обнимая друг друга, пока он не говорит: — Я должен дать тебе отдохнуть.

— Нет, ты должен доставить мне оргазм.

— Черт возьми, женщина.

— Перестань пытаться контролировать меня. Ты знаешь, что я выиграю.

Коул отпускает меня и встает. Затем, видимо, чтобы размяться, он снова начинает расхаживать взад-вперед. Я приподнимаюсь на локтях и смотрю на него, пока не начинаю уставать.

— Привет. Красавчик.

Он бросает на меня напряженный взгляд искоса, но не перестает расхаживать взад-вперед.

— Как насчет этого? Давай не будем называть это отношениями. Вместо этого мы назовем это ситуативной связью.

Его взгляд мрачнеет.

— Хорошо, это не обязательно как-то классифицировать. Мы никак не будем это называть. Это будет То, Что Должно Оставаться Безымянным. И мы будем очень осторожны в офисе, чтобы никто не узнал. Я даже притворюсь, что ненавижу тебя. Все мне поверят, потому что ты просто ужасен.