И она его послушалась? Я что, оказалась в какой-то другой реальности?

Я повернулась к нему и утонула в притягательном блеске его насыщенно голубых глаз. Он серьезно смотрел на меня, фокусируясь на каждом моем микродвижении. Это и стало для меня ответом.

Он хотел увидеть выражение моего лица, когда я узнаю о договоре. Он хотел убедиться, что я поддерживаю его. Что я его люблю.

– Ты просишь меня выйти за тебя замуж? – Я постучала пальцем по линии подписи на бумаге, и мой пульс участился.

– Нет, мисс Константин. – Он протянул мне ручку. – Я этого требую.

Удары сердца отдавались по всему моему телу, возрождая его, наполняя энергией жизни. Я взяла ручку.

– Тебе повезло, что я не против, чтобы ты мной командовал, – засмеялась я сквозь слезы.

Он поставил свою подпись после меня.

– Готово.

Я отчетливо услышала облегчение в его голосе. Почувствовала его. Насладилась им.

Комната пустела; он взял меня за руку, потянул так, чтобы я встала с кресла, и переплел свои пальцы с моими в неозвученном обещании. Обещании не отпускать меня. Ни сейчас. Никогда больше.

Мои братья и сестры обняли меня на прощание. Кенсингтоны и те, кто пришел с ними, тоже попрощались. В конце к нам подошла мама.

Шесть месяцев назад она прислала своего головореза, чтобы тот убрал Магнуса с пути. А теперь она планировала свое будущее с его участием. Но она все же получила то, чего хотела. И это не только власть и мощь династии Кенсингтон, заключающаяся в их бизнесе. Она также получила влияние и богатство Магнуса.

Подойдя к нам, без тени эмоций на лице, она протянула руку и дотронулась до моего подбородка.

– От меня не скроешь разбитое сердце.

Я округлила глаза. Она все это время знала, что я его люблю?

– Миссис Константин. – Гален встал рядом со мной. – Я увольняюсь.

Она кивнула.

– Благодарю вас за вашу службу.

Он повернулся к Магнусу, и они пожали друг другу руки.

– Спасибо, что присмотрел за ней для меня. – Магнус притянул его к себе и похлопал его по спине. – Надеюсь, от меня ты не уходишь?

– Нет. – Гален усмехнулся. – Позвоните мне, когда я вам понадоблюсь.

– Стойте, что? – Я смотрела то на одного, то на другого. Мама тоже была удивлена. – Не понимаю.

– Я нанял Галена, когда ты вернулась домой на Рождество. – Магнус улыбнулся, глядя на меня. – Он должен был притвориться, что работает на твою мать, а сам следил бы за тобой.

Я открыла рот от удивления. Мама тоже.

Но она быстро взяла себя в руки и прошипела:

– Это я наняла Галена, чтобы он приглядывал за Тинсли.

– Да, – согласился Магнус. – Но он работает на меня. Я послал его, чтобы он получил у вас работу в качестве телохранителя Тинсли.

Гален ухмыльнулся – его зубы белели и глаза сияли.

Мама недобро посмотрела на Магнуса.

– Ну что ж, Магнус, один ноль в вашу пользу. Но это последний раз.

С этими словами она быстро вышла из комнаты. Гален последовал за ней, оставив нас с Магнусом наедине.

Я наморщила нос, вспоминая, как вел себя Гален на протяжении шести месяцев его работы.

– Он отвез меня обратно в школу на каникулах. – Мысли роились; я понизила голос. – В тот день, когда мы занялись сексом в церкви.

– Да.

– Если он работал на тебя, значит, ты знал, что я возвращаюсь?

– Да.

Боже мой. Магнус ждал меня в церкви.

Как много из всего произошедшего он сам спланировал?

Отступив, я плюхнулась в кресло.

– Гален докладывал тебе обо всем, что со мной происходило за последние шесть месяцев?

– Каждый день. В подробностях. Я знал, как мало ты спала, как мало ела, как много плакала. – Его голос стал мрачнее и тверже. – Как прекрасна твоя боль.

Это откровение меня беспокоило. Самое настоящее вторжение в личную жизнь. Я достаточно хорошо его знала, чтобы понять, что он наслаждался моими страданиями. Мерзкий извращенец.

Мне стоило бы разозлиться. Но я понимала, что он признается в чем-то очень важном.

– Значит, ты все это время пытался меня вернуть? – Я приложила ладонь к груди, где бешено колотилось сердце.

– Да. – Он опустился передо мной на колени.

– Тем, что ты нанял Галена следить за мной, ты… – Я сглотнула, думая о сложившихся обстоятельствах. – Все это время ты совал нос в мою жизнь, дышал мне в спину, поставлял носовые платки, которыми я вытирала слезы, отгораживал меня от Такера, договаривался с Кенсингтонами, гнул свою линию и фактически манипулировал моей жизнью?