– Костя, – повторил Александр, присаживаясь к столу.

– Ладно, ладно… С директорами поздоровайся.

– Привет, господа! – церемонно раскланялся Турецкий и, когда услышал ответ, удивленно посмотрел на Левитана. – У тебя голос прорезался, Серега! И даже бас!

– Шаляпин, – хохотнул Старик.

– Оперировали, что ли?

– В Штатах, – уточнил Левитан.

– Жалуются на тебя, – сказал Меркулов.

– За что? Они вроде никого не убивали…

– Выпей, Саша, – посоветовал Меркулов.

Турецкий немедленно последовал совету и обернулся к директорам:

– Слушаю вас, господа.

– Так дело не пойдет, – сказал Старик, наливая себе коньяку.

– В чем дело, Филимон?

– Мы люди свои, – подмигнул Старик. – Для кого, конечно, и господа, а для вас, «важняков», мы – воры в законе. Или я не прав?

– Прав, – ответил Турецкий.

– Ты меня не сажал, а вот Константин Дмитриевич «крестил», и не раз. Занимался я когда-нибудь наркотой или оружием?

– Чего не было, того не было, – согласился Меркулов.

– А мне шьют то, чего не было!

– Разве лично тебе? – поинтересовался Турецкий.

– Ну, фирме. Не одно и то же, что ль?

– Фирме шьют другое, не менее значительное, если считать по сроку…

– Ты сначала докажи!

– Уже доказано. А по наркотикам и оружию запели твои работнички!

– А у твоих работничков кто хошь запоет! Не по делу взяли.

– К примеру, Левитана не тронули, – кивнул на Серегу Прошина Турецкий. – Потому что в этом смысле его район чистый.

– Почему только в этом? – обиделся Левитан. – У нас все в полном ажуре.

– Ну хватит, – постучал по столику Меркулов. – Пойдем-ка, Александр Борисович, погуляем.

– Да-а, – покачал головой Меркулов, когда они вышли из особняка. – Или нервишки у тебя пошаливают, или идешь в открытую, без забрала…

– Иду в открытую. И с самого начала… Как ты залетел-то сюда, Костя?

– Соскучился. – Меркулов огляделся, понизил голос: – Поедем отсюда, от греха подальше, Саша. Не нравится мне здесь.

– В подвальчик. Такой подвальчик нашел… Чудо!

– Поехали.

Как всегда, незаметно возникли охранники, а Падерин уже вежливо открывал дверцу машины.

– С приездом, Константин Дмитриевич!

– Спасибо, Игорь.

– В подвальчик?

– Споит он тебя, Игорь, – вздохнул Меркулов, кивая на Турецкого.

– Может, – серьезно ответил Падерин. – Я после этой командировки в отпуск уйду. Отмокать.

Подвальчик оказался очень уютным, чистым и совершенно пустым, если не считать хозяина.

– И когда успел найти это чудо? – удивился Меркулов. – Ты, кажется, второй день в этом городе?

– Долго ли умеючи, – весело откликнулся Турецкий. – Федя! Графинчик вина и домашней брынзы!

Выпил стакан густого красного вина и Меркулов.

– Не вино, сказка, – похвалил он. – Значит, говоришь, пошел в открытую?

– Другим языком с этой публикой бесполезно.

– Перед отъездом был у секретаря Совета Безопасности…

– Мрачен и серьезен?

– Серьезен – да, мрачен – нет. Держится очень уверенно. Более того, потребовал отставки министра МВД.

– У хозяина?

– Больше не у кого. Но хозяин таких выкрутасов не любит.

– Слышал я, недолго просидит секретарь в своем кабинете?

– Ты только слышал, а я точно знаю. Не больше двух-трех дней. А возможно, и сегодня слетит. Неизвестно, с какой ноги встанет Президент.

– Точнее, что поутру напоют Президенту… Неужели секретарь не чувствует?

– Его предупредили.

– Кто?

– Друзья.

– И что?

– Он верит Президенту.

– Предположим, что отставка уже произошла. Что делать мне?

– То, что и делал. Исполнять приказ под номером 013. У тебя времени достаточно, Саша. Пока придет другой секретарь, пока разберется с делами… Время есть.

– Не уверен, Константин. Приказ под номером 013 новый секретарь отменит в первый же день.

И Александр рассказал Мрекулову о выступлении Потапова и о тех подозрениях, которые у него возникли.

– Этого следовало ожидать, – не удивился Меркулов. – Деньги ведь у криминала, и они работают, наворачивая проценты как в наших банках, так и заграничных. У правительства тоже немалые средства, но они расходятся на пенсии, стипендии, зарплату, армию и так далее, перечислять можно долго. Ну и решили любым путем отобрать деньги у криминальных структур, чтобы поправить положение. Другой вопрос, получится ли?