Сделав паузу, я показал всем выжженный у себя на тыльной стороне ладони остроконечный крест.

— Это все я говорю вам потому что сегодня, сейчас, перед каждым из вас стоит выбор. Или вы остаетесь в седьмом отряде, а это значит остаетесь со мной до конца — плохого или хорошего, или сегодня у вас есть последний шанс отойти в сторону. Хочу вас предупредить — легко не будет, потому что против нас выступает слаженная, сильная и могущественная группа противников. Дальше будет только хуже и сложнее, а скорее всего после выпуска из инкубатора мы будем вынуждены покинуть Арагон, или же нам придется прятаться, если не получим свои кванты души.

— Можно поподробнее, что такое «плохой и хороший» конец, и что значит «отойти в сторону»? — с нескрываемым вызовом в голосе поинтересовался Бенджамен.

— Отойти в сторону сейчас — это значит покинуть управляющую группу отряда и спокойно дождаться окончания пути в инкубаторе, отправившись после четвертой ступени в массу охлоса любой агломерации или мегагорода. Я даже могу допустить под этим вариантом ваш переход в любой из соперничающих отрядов, хотя вряд ли кого-либо из вас там примут кроме как в качестве груши для биться. Плохой вариант — наше поражение и уничтожение. Ментальное, моральное и возможно даже физическое, хотя может быть у каждого из вас получится как-то пропетлять и все же стать частью охлоса. Хороший вариант — достижение поставленных мною целей. Одну из них, первую из многочисленных — право называться аспектом силы каждый из вас уже достиг, перейдя на вторую ступень в ранге бойца действующего эскадрона.

— Мы уже аспекты? — не сдержала удивления Летиция.

— Да, так называемое отложенное присвоение ранга. Это достижение в вашем личном деле, которое уже гарантирует каждому из вас переход с четвертой на пятую ступень Великой лестницы с присвоением статуса специализации «аспект силы».

— Почему ты считаешь, что быть частью охлоса — это плохо? — вдруг спросил Бенджамен.

— А это хорошо?

— Ты просто не знаешь, как все устроено в народе. Охлос не разделен на касты, как ваша пирамида и в мегагородах можно жить не хуже, чем патриции, имея не меньше привилегий.

— И быть все это время под стеклом, имея шанс в любой момент превратиться в инструмент, как тот же Бартос. Сломался этот инструмент — доставай новый. Бенджамен, я не сомневаюсь, что где-то в мегагородах могут стоять самые настоящие дворцы, где их владельцы живут в достатке в окружении гаремов и личных армии, но у охлоса нет двух вещей — субъектности и кванта души, так что безграничная свобода мнимая и прерывается в один миг по щелчку пальца любого патриция, — я сейчас даже пальцами показательно щелкнул.

— И где же твоя субъектность и квант души? — дернул губой Бенджамен, глядя сощуренными от злости глазами.

— Моя личная субъектность пала жертвой передела сфер влияния в двенадцати фамилиях, подробностей не знаю. Но намереваюсь узнать обстоятельства своего падения и для этого мне нужно вернуться туда, откуда меня сбросили. Шанс небольшой, но он есть — и вы все если останетесь рядом мне в этом поможете, поднимаясь вместе со мной.

— Просто так возьмешь и поднимешься? — фыркнул Бенджамен.

— Технически да, именно так и планирую.

— Для того чтобы оказаться наверху, тебе нужно будет набрать авторитета среди всех двенадцати фамилий Собрания, а сейчас, когда…

— Бенджамен, я тебе даже больше скажу. Для того, чтобы мне вернуться и занять прежнее место, нужно будет стать сильнее и влиятельнее, чем главы всех двенадцати фамилий вместе взятые.

— Это как?

— Вот так. Для того, чтобы вернуться на место наследника фамилии, прежде мне нужно стать тем, с кем считаются на самой Земле в Сенате или даже в Совете богов, других вариантов обратного возвышения у меня просто нет.

— Скажи уж сразу — в Капитолийской триаде!

— Или в Капитолийской триаде, — покладисто кивнул я.

— Ты понимаешь, что предлагаешь нам подпрыгнуть так высоко, чтобы коснуться самого солнца?

— Не коснуться и не подпрыгнуть, а медленно забраться на самую вершину социальной пирамиды Республики, растолкав по пути всех там сидящих. Бенджамен, это не блажь и не мечта, у меня просто нет другого выбора. У каждого из вас есть сейчас вариант отступить в сторону и остаться частью охлоса, у меня такого варианта просто нет — если не двигаться вперед и вверх меня совсем скоро сожрут, убьют или сотрут в порошок. И каждому из вас нужно сейчас сделать выбор, пойдет ли он со мной.

— У тебя нет никаких шансов! Это же смешно! — крикнул Бенджамен.

Ну да, я его понимал, звучали мои претензии достаточно смело. Вплоть до того, что действительно смешны масштабностью притязаний, но вслух я этого подтверждать конечно же не стал, ожидал дальнейшей реакции. Бенджамен посидел немного, посопел звучно демонстративно глядя в сторону от меня.

— Я согласен, — буркнул он. — Могу идти?

— Да. Завтра в шесть тридцать в спортивном зале.

Не прощаясь, Бенджамен порывисто встал и покинул комнату. Я еще раз оглядел остальных — Паула, Летиция, Дебора и даже Рита смущенно отводили взгляды. Стефа смотрела прямо, в ее зеленых глазах читались удивление и вопрос.