Молча, неумолимо, не отступая. Одним своим видом они посеяли ужас в сердцах живых солдат по обе стороны фронта. И если одним повезло — воюют за них, то другим, увы нет. Зомби шли воевать против них.

Сражение долго не продлилось. Пехоту вырезали за час, а попытавшаяся отступить бронетехника оказалась заблокирована. Нет, танки конечно пытались давить мертвецов и у них даже что-то получалось. Ровно до того момента, когда мои ребята не догадались попросту поднимать моготонные машины в воздух — силищи им было не занимать, и бросать набок. В перевёрнутом состоянии, бронетехника была бесполезна. Я даже приказал не выковыривать экипажи. Просто блокировать их внутри. Терять такие трофеи конечно было неприятно — несколько коробочек взорвались, но остальные смалодушничали и к утру начали сдаваться. Пришлось отдавать их на поживу военным, ибо конвенции и всё такое в этом духе.

Что-то они не помешали этим ублюдкам прийти на нашу землю и убить наших людей. После сдачи пленных, мы с Митрофаном пополнили ряды армии и пошли на прорыв. Тем более, что участок фронта итак был полностью за нами. Военная машина только набирала разгон, поэтому пока отчёты ушли по цепочке командования, а взамен спустились приказы, нас на месте уже не было. К тому времени мы добрались до Столбцов и Немана. Спрятав армию в ближайшем лесу, мы с Морозовым пошли на разведку. Одно дело штурмовать город вслепую, и другое — делать это со знанием что и где находится. Гражданская навигация работала через пень колоду, а армейской нас так никто и не снабдил, благо хоть карты были загружены в телефоны. По ним и ориентировались. В городе должно быть два автомобильных моста и третий железнодорожный. Если занять все три, это сильно затруднит снабжение армии вторжения. Так мы рассуждали, пока не пробрались в город. Повсюду сновали патрули захватчиков, но тем не менее, мирные жители иногда да появлялись на улицах. Только благодаря этому, нам удалось проскользнуть не слишком замеченными. Пара пропавших патрулей не в счёт. Нечего было требовать какие-то аусвайсы. Мы и сами с усами. Мостов оказалось не три, как ожидалось, а четыре. Мы с удивлением смотрели как по титаническому творению геомантов ползут новые и новые танки. О том чтобы разрушить переправу, не было и речи — построено было по всем правилам противодиверсионных мер. Это сколько же сюда сил было вбухано, если по проезжей части бронетехника могла ехать по три штуки в ряд. Сейчас под танки была занята только одна полоса. Две другие были забиты грузовиками везущими что-то в обратном направлении.

— Как думаешь награбленное везут? — шёпотом спросил я Митрофана, когда мы залегли в неприметном месте.

— Ну а что же ещё? — пожал плечами Морозов.

Тут тент одной из машин дёрнулся от порыва ветра и мы увидели лица детей сидевших внутри.

— Ублюдки. — бывший гренадёр хотел было уже побежать на перехват, но я не дал.

— Почему?! Там же дети! — ученик перешёл на кричащий шёпот.

— Потому. Сейчас мы и их не спасём и сами погибнем почём зря. Возвращаемся. Ты поведёшь штурм, а я наделаю гончих для поиска и перехвата. Они не могут везти их слишком далеко. Наверняка неподалёку лагерь для пленных.

— Х-хорошо. Обещай мне, что мы спасём всех.

— Мы постараемся, Митрофан. Обязательно.

Если проникнуть в город вышло довольно легко, то выбраться из него — нет. То-ли обнаружились пропажи патрулей, то-ли ещё что-то, но на улицы высыпало такое количество вражеских солдат, что хватило буквально на каждый перекрёсток и они разумеется начали останавливать всех и каждого. Прямо у нас на глазах, они остановили женщину и, когда она не смогла показать им разрешительный документ, расстреляли на месте. Тут уже не вытерпели мы оба — умерщвили весь отряд и подняли из них зомби с наказом нападать на бывших сослуживцев. Отправив первый отряд, мы двинулись дальше, действуя по этой схеме, продвигаясь к выезду из города.

Против нас выступили увы не дураки. Проследить наш маршрут было не так уж и сложно, ведь он был прямым как палка. Поэтому совсем вскоре мне пришлось активировать броню, заодно нарастил бронекороб, куда спрятал здоровяка, чтобы не зацепило шальной пулей. А их было много. Пришлось даже вызывать поддержку из леса. Засадный полк стремительным маршброском преодолел расстояние до городской застройки и вскоре мертвецы заполонили улицы города. Мне даже не пришлось особо обороняться — подкрепления к противнику быстро закончились, потому что попросту не могли проехать. Выпустив ученика на свободу, командовать зачисткой, я отправился выполнять своё обещание.

Полсотни собакоподобных химер ни на кого не обращая внимания взяли след уехавших грузовиков и начали быстро удаляться от города вдоль шоссе. Как я и предполагал, детей везли в сторону Бреста. Там же был организован концентрационный лагерь, но об этом я узнал гораздо позже.

Дело в том, что по экстренному каналу пришло сообщение — враги рода активизировались. Произошло уже два довольно дерзких нападения на Жабино. Оба были отражены, но сам факт. Кто-то решил, что раз я в отъезде, то можно безобразничать безо всякой оглядки.

Разумеется я не собирался возвращаться на руины всего, что с таким трудом отстроил. Найдя Митрофана, поставил его перед фактом.

— Ученик. С этого момента мне нечему больше тебя обучать. Дальше будешь набираться знаний сам. — с торжественной миной на лице заявил я ему.

Удивление на лице Морозова сменилось недоверием, а после и вовсе подозрительностью. Тем временем, наши Кодексы проявились в реальности и между ними произошёл некий обмен. Даже мне не было понятно что происходит, но это определённо было нам на пользу.

— Наставник… Аркадий, как это понимать?

— По уму, надо было объявить об этом когда ты нашёл свою специализацию. С того момента мне действительно больше нечему тебя учить. У тебя свой путь развития и я тебе на нём не смогу помочь.

— Ну хоть советом поможешь, если что?

— О, уж чего, а советов у меня предостаточно. — осклабился, я. — Тебе ещё надоест их выслушивать.

— Поживём увидим. Дальше я сам?

— Да, мне надо вернуться. У нас слишком много врагов и не скажешь даже кто из них опаснее.