Тёмно-красные глаза снова скользнули к Нику.

Ник на мгновение увидел там смятение чувств.

Он поймал себя на том, что вспоминает, каково это — быть новорождённым.

Вся эта сила и нестабильные эмоции, восторженный взлёт от осознания того, на что способно твоё новое тело, сменялись крахами и сильными депрессиями, когда ты осознавал, что превратился в монстра, что ты мёртв и что ты ни хрена не можешь с этим поделать.

Осознание того, что ты никогда больше не будешь наслаждаться пребыванием на солнце.

Осознание того, что у тебя никогда не будет биологических детей.

Осознание того, что ты никогда не будешь наслаждаться едой, питьём или другими простыми радостями жизни, которыми ты наслаждался, когда был человеком.

Осознание того, что другие люди будут бояться тебя и относиться к тебе по-другому.

Он вспомнил свою ярость. Ощущение, что его обманули.

Как и Ник, Деймон тоже пошёл на это не по своей воле. Его человеческая жизнь была украдена у него, точно так же, как Брик украл у Ника его жизнь.

Ник заметил, что сейчас, когда они смотрели друг на друга, в Деймоне Джордане отразились те же эмоциональные качели. Но Деймон не выглядел таким сердитым, каким Ник был когда-то давно. Он не выглядел так, будто хотел причинять боль людям, или трахаться, или пить слишком много крови, чтобы справиться со своей яростью из-за того, что с ним случилось.

В основном он выглядел испуганным.

— Вырубите меня, — выпалил новорождённый.

Теперь его голос звучал по-другому. Более глубокий, мелодичный. Более вампирский.

Он вложил в свои слова всю силу своего внушения. Ник готов был поспорить на много кредитов, что Джордан понятия не имел, что он делает.

И всё же, это было жутковато — даже сама интенсивность его желания.

Джордан уже обладал огромной силой, даже будучи таким молодым.

Но в первую очередь Ник почувствовал облегчение от слов своего друга.

Если Джордан достаточно хорошо понимал себя, чтобы осознавать, что он полностью вышел из-под контроля, то он уже находился на несколько сотен шагов впереди того, кем был Ник, когда он был безрассудным, полным ярости и жажды мести новорождённым в Париже много лет назад.

Ник взглянул на Тай, и та кивнула.

Затем она закрыла глаза.

Ник почувствовал укол нервозности, когда вокруг неё начало потрескивать что-то вроде электрического тока.

Казалось, сам воздух завибрировал, почти охваченный пламенем, хотя Ник ничего не мог разглядеть своими глазами. У него было такое чувство, будто она сама воплощала собой эту искру, и он мог ощутить это за долю мгновения, прежде чем она вспыхнула.

На мгновение он забеспокоился, что она может случайно убить Деймона…

…но тут глаза Деймона внезапно закатились, и он рухнул на пол, выложенный органической плиткой.

***

— Чёрт возьми, — пропыхтела Тай, и по её лицу струился пот. — Ты не шутил насчёт того, какой он тяжёлый. Такое ощущение, что он целиком сделан из металла…

Она посмотрела на Ника почти обвиняюще.

— Ты тоже такой тяжёлый? — возмущённо потребовала она.

Ник закатил глаза и начал отвечать, но Малек перебил его, широко улыбаясь.

— Он тяжелее, — сообщил старший видящий своей сестре.

Ник закатил глаза по-настоящему.

— Почему, чёрт возьми, вы оба взяли на себя обязанность тащить вампира? — проворчал Ник. — Вы должны быть наверху.

— Это ты нас втянул в это, — напомнила ему Тай отрывисто, в основном для того, чтобы сберечь дыхание, поскольку она с трудом держала даже одну руку Джордана. — Ты не хотел, чтобы мы были видимыми. А вампиры более скрытные, чем мы. И они могут слышать камеры. Так что ты и ваша новая королева вампиров велели нам держаться позади, пока мы не принесём Джордана к машине…

Ник неохотно признал её слова.

Конечно, она права.

Ник велел ей держаться позади, по крайней мере, до тех пор, пока не появится какая-нибудь веская причина подвергнуть опасности её или её брата. Он также заставил их снова надеть маски, зная, что появление любого из них там, где их могут увидеть оперативники «Архангела», скорее всего, только увеличит их огневую мощь и, скорее всего, ускорит их действия.

Чёрт возьми, они могли бы послать самолёты, если бы знали, что Тай с ними.