— Лиза, а кто такой Найденов?..

— Чего? — глухо бурчит она, поворачиваясь на другой бок. — Нашла, кого вспомнить. Где ты вообще услышала эту фамилию?

— Я видела его работу, и она невероятна. Ты с ним пересекалась? Можно с ним познакомиться?

— Это одногруппник Фантома и Шарка — отбитый наглухо. Злой, нелюдимый, хамоватый. Талант у него, может, и есть, но никто из студентов «Суриковки» с ним тупо не связывается. Кому приятно, когда твои вопросы игнорят, смотрят, как на пустое место, да еще и грубят? Господи, Варь, уверяю: он не самый приятный человек! Выброси из головы дурь и дай уже поспать!

…Мне снится ливень — сплошная стена воды без просвета. Маленькая девочка кричит и плачет, всей испуганной душой зовет на помощь друга, но рядом никого нет… Шум дождя совсем скоро отрежет ее от мира, но кто-то дергает меня за толстовку, спасает из передряги и вытягивает на свет, и пепельные пряди сияют на солнце так ослепительно, что я не могу различить лица.

***

Надев классические юбку, блузку и жилет и вынув из носа кольцо, Лиза, в обнимку с тубусом, скрывается за дверью. Вниз гулко ухает лифт. Притворяюсь спящей, но мысленно желаю Лизе удачи — я по-прежнему остро завидую ей, но моя зависть из тех, что называют белой. Я бы тоже хотела стремиться к новым вершинам — преодолевая трудности и доказывая свою значимость тем, кто ранил меня.

Тянусь к телефону и проверяю пропущенные, но Шарк так и не соизволил извиниться или прояснить ситуацию. А вдруг вчера стряслось что-то плохое?

«Привет. Как у тебя дела? Надеюсь, неприятности разрешились?» — набираю короткое сообщение, но ответа не удостаиваюсь ни сразу, ни через час. Пообедав, предпринимаю вторую попытку выйти на контакт:

«Шарк, я очень переживаю. Напиши мне, пожалуйста, как только сможешь».

Но Шарк, видимо, не может.

Я бесцельно брожу по квартире, перебираю старые фотографии и рассматриваю картины Анны, ожидающие возвращения хозяйки и дальнейшего переселения на стены. Голова забита Шарком. Или… случайным знакомым без имени? Не могу определить, кто из них задевает сильнее. От воспоминаний о Шарке что-то гложет и ноет в груди, а от светлого образа блондинчика перехватывает дыхание. Руки зудят от желания рисовать. Гуглю адрес ближайшего магазина, где можно купить нормальную краску для граффити — по счастливой случайности, он располагается возле старой центральной площади и сквера, как раз там, где я довольно сносно ориентируюсь. И я, ни минуты не медля, выбираюсь из дома и спешу на остановку.

***

Звякнув колокольчиком, за спиной захлопывается дверь с вывеской «Искусство», и я возвращаюсь в разгар ясного, окутанного буйной зеленью июньского дня. Шарики баллончиков бодро пощелкивают в рюкзаке, предвкушение и азарт свежим воздухом вливаются в легкие. Мне всего-то и нужно — найти уединенное место и чистую стену, чтобы еще раз проверить на ней свои силы.

Обратный путь до остановки пролегает через все ту же пустынную площадь, но сейчас я замечаю на скамейках несколько темных фигур. Одного из парней опознаю сразу — по огненной шевелюре и расслабленной позе, — быстро прячусь за постаментом памятника и превращаюсь в слух.

— Да брось, заявись на конкурс, — приобняв уже знакомую мне красотку, мурлычет Шарк и поглаживает ее тонкие пальцы. — Главное — не победа, а участие. Понятно, что меня и Фантома тебе не обойти, но это все равно отличный шанс засветиться. Со своей стороны гарантирую протекцию… Ну, там решим. Я знаком с одной калекой, которая не может больше рисовать — вот где засада. А ты всего лишь стесняешься — разве это серьезно?!

Я до боли в костяшках сжимаю лямки рюкзака. Будь я проклята, но он же… жив, здоров, не занят серьезными делами и только что говорил обо мне!

Огромный валун отчаяния падает на плечи, веки раздирает от слез.

— Привет! — неестественно громко выкрикиваю я и вырастаю перед воркующей парочкой.

Шарк меняется в лице, подскакивает со скамейки и, быстро поздоровавшись, выталкивает меня обратно за памятник.

— Андрей! Что происходит? — шиплю и обжигаюсь о собственные слова: — Почему игнорируешь? Мы же договорились. Если у тебя кто-то есть, я больше не буду тебя доставать. Просто скажи!

— Варь, успокойся… — нервно усмехается Шарк. — Терпеть не могу, когда закатывают такие сцены. Сбавь обороты, малыш!

— Ты стесняешься меня, разве нет? То есть, я для тебя калека?! — под ногами разверзается земля. Стоило произнести эти вопросы вслух, и ответы на них стали для меня очевидными.

Я ему не нужна… Так какого же черта?

Шарк возводит очи к небу, стискивает зубы и напряженно ждет, когда я закончу. Выдыхает, убирает волосы со лба и обворожительно улыбается.

— Как ты могла подумать, что я говорил о тебе? Вот такого ты обо мне мнения, да?.. Иди сюда… — он шагает ко мне, сжимает в крепких объятиях и горячо шепчет в макушку: — Я не звоню, потому что просто оберегаю тебя — от негатива, от сплетен и от своих гребаных проблем! Я же… тебя люблю. Я очень люблю тебя, Варя!..