— Слушай, — сказала Мария в наступившей тишине, пока Князь перезаряжал своё оружие. — Я тут вдруг кое-что странное заметила.

— Ага, — хмыкнул её начальник. — Кажется, я даже знаю, что именно. Но ты всё равно скажи.

— Зураб и остальные. Может, я совсем поехала, но они что, сами застрелились.

По тому, как лежали тела, и оружию в их руках это и так было понятно.

— Ага.

Ловкими, неторопливыми движениями Князь продолжал вставлять патроны в каморы барабана.

— А ещё я посмотрела тот пистолет, который ему оставила.

— Ага.

Последний патрон занял своё место. Резкое движение кистью, и барабан встал на место. Князь провёл оружие по раскрытой ладони, заставив барабан револьвера прокрутиться с негромкими, но ритмичными щелчками.

— Там всё ещё полный магазин, Князь. Даже дежурный всё ещё в патроннике. Он из него не стрелял.

— Да. Я знаю.

— Значит, он…

— Да, Мария. Похоже, что да…

Князь вызвал мне машину. И даже мой адрес назвал водителю. Стоило ли удивляться тому, что он знает, где именно я живу? Наверное, нет.

Впрочем, следовать его советам я всё равно не собирался. Уже через пять минут приказал водителю ехать по другому адресу. Забота, это, конечно, хорошо, но у меня и своих проблем хватало. И если Князь прав относительно того, что будет дальше, то мне сначала надо закончить с текущим делом, покуда я ещё на ногах стою. Потому что валяться два дня в коматозном состоянии мне совсем не с руки…

Так. Стоп. Даже это сейчас не очень важно. Сидя на заднем сиденье такси и мучаясь от подступающей мигрени, я пытался не заснуть и заодно осмыслить то, что услышал от него.

Симптомы. Он знал, что именно может меня мучить? Может быть, знал и почему? Или нет? Хотя кого я, к чёрту, обманываю. Скорее уж да, чем нет. Порой казалось, что этот проклятый франт знает вообще всё на свете.

Хотя это, конечно же, неправда. Вон, последние события это хорошо доказывали.

И тем не менее что-то ему известно. Нужно будет зафиксировать эту мысль и обдумать её потом.

Когда через двадцать минут машина остановилась у здания фирмы, я вышел из такси, доплатив водителю, и попросил его подождать меня здесь десять минут. Затем докинул еще пятьдесят рублей за неудобство и чтобы гарантировать его присутствие. Хорошо ещё, что мне хватило моих страдающих мозгов, чтобы забрать телефон из-за барной стойки, куда его поставила заряжаться Мария. А то опять пришлось бы новый покупать. Ну его нафиг.

Зашёл в здание, махнул карточкой на проходе и зашёл в лифт. Пока кабина поднималась, я стоял и морщился. Каждый мелодичный и тихий «дзинь», с которым лифт отмечал проход очередного этажа, действовал на меня, как удар молотком по сковородке. Мигрень всё усиливалась.

Вышел на нужном и направился сразу в отдел. С раздражением увидел поганую бумажку с надписью на латыни, приклеенную к двери кусочком скотча. Как и раньше, неведомый художник и в этот раз добавил к ней нарисованную рожицу с рожками, очевидно, символизирующую дьявола.

Бесит. Нет, правда. Просто бесит. Уже штук тридцать их выкинул. Найду засранца и засуну потом ему его художества в задницу!

Быстро отыскал распечатанные заранее документы на разрешение работы для меня и Анастасии. Эх, вот Савин обалдеет, когда я к нему в час ночи заявлюсь…

Уже направляясь к лифтам, заметил знакомую рыжую гриву, обладательница которой сидела в конференц-зале, положив голову на сложенные на столе руки.

Глядя на мелко дрожащие плечи, подумал… может, нафиг? Зачем мне лезть в чужие проблемы. Своих не хватает? Так они ещё найдутся…

— Что случилось? — спросил я, приоткрыв дверь.

Рита подняла голову и шмыгнула носом. Видно по покрасневшим глазам, что она совсем недавно плакала.

— Чего тебе, Рахманов?!

О как. И ни капли привычного кокетства и лизоблюдства. Это чем её так зацепило?

— Да вот, увидел и решил спросить, всё ли в порядке.

— Как будто тебе есть какое-то дело, — шмыгнула она носом.

Вздохнув, зашёл и достал из нагрудного кармана сложенный платок. Настоящие парни всегда должны носить его с собой. Разумеется, чистый. Пусть даже простой и непритязательный, но должны. Для вот таких вот случаев.

Чтобы предложить его расстроенной даме.

Что поделать, видимо, в позапрошлой жизни я был тем ещё рыцарем на белом коне.

Рита несколько секунд смотрела на меня, затем на платок, затем снова на меня. Потом снова шмыгнула носом и всё-таки приняла его.

— Спасибо, — буркнула она, вытирая глаза.

— Пожалуйста. Так что случилось?

— Сделку, которую я вела, отменили, — расстроенно произнесла она. — Это первое личное дело, которое мне доверили. Я почти всё закончила. Решила все проблемы… а клиент отказался. Сказал, что из-за последних событий… что он… что не хочет…