Приходилось брать паузу по воскресеньям. Вельф наотрез отказался работать. По наставлению Иисуса по воскресеньям необходимо отдыхать. И любой труд был запрещен, даже несмотря на поджимавшие сроки.

Дело двигалось. Однако на середине пути у Лехтмана закончились деньги. Последние таллеры, полученные за механическую куклу, ушли на оплату кожевнику. Он не решился снова брать в долг у близнецов — в этот раз механизм предназначался не для продажи. Пришлось вытащить из тайника самый крупный самородок и поменять на серебро. Отдал Готтольду, у которого нашелся знакомый, готовый купить. Полученных денег хватило на завершение проекта.

За неделю до приема Орель полностью собрал руки и ноги. Еще раз перепроверил верность расчетов получаемой от веркштейна силы. Это Леонору можно было просто схватить и поднять в воздух вообще без сопротивления. А вот если выйдет из-под контроля рослый и тяжелый боевой автомат, то остановить его будет сложнее.

Вельф и молотобоец держались возле дверей в кузню и внимательно следили за действиями механика. Лехтман с напускным спокойствием перебрасывал самородок веркштейна из руки в руку. Обернулся к хозяину и работниками и в очередной раз повторил:

— Уверял вас, все будет в порядке.

— Мы тебе верим, — ответил Вельф. — Но и в прошлый раз тоже поверили, когда кукла взбесилась. Не хочу, чтобы кому-нибудь из нас раскроили голову.

Орель кивнул, принимая аргумент. Подошел к механизму, аккуратно поместил веркштейн в паз. Поднял металлические стержни, убедился, что те встали в выдолбленные на самородке углубления. И в конце закрутил две стяжки, фиксирующие камень на месте.

Отступил на несколько шагов. Предстояло проверить механический слух. Лехтман откашлялся и громко произнес:

— Сделай шаг вперед!

Автомат дергано повернулся на месте, замер напротив Ореля, поднял согнутую в колене правую ногу и шагнул к Лехтману. Механик прикусил нижнюю губу от разочарования. Результат снова сильно уступал ожиданиям. Дома кузницы добивались куда большей плавности движений, которые издалека можно спутать с человеческими.

Однако в целом все работало. По команде автомат занял первую позицию из учебника фехтования. Повернулся боком, выставил вперед правую руку. Чуть повернул кисть, закрывая тело клинком несуществующего оружия.

Воодушевишься Лехтман начал быстро приказывать:

— Атака в бедро! Защита! Сократить дистанцию! Атака в левую щеку! Защита от удара в щеку! Атака в правый бок! Защита! Остановись, вернись на исходную позицию.

Механизм исправно двигался. Совершал выпады, блокировал удары, делал шаги вперед и назад. Орель внимательно вслушивался. Показалось, что из правого плечевого сустава доносился скрежет при подъеме или опускании руки.

Лехтман подошел к работникам кузницы. Старался сдержать довольную улыбку, но безуспешно. Упорный труд принес свои плоды. И получившийся автомат гарантировано впечатлит всю республиканскую элиту.

Вельф рассматривал замерший механизм и задумчиво спросил:

— А ты точно не колдун?

По интонации было понятно, что кузнец говорил несерьезно. Орель не стал разубеждать и лишь отрицательно покачал головой. Скомандовал автомату сесть на стул и замереть. Пока внутренние части не были скрыты защитными кожухами и сохранялся прямой доступ к шестерням.

Оставшиеся дни занимались внешним видом механизма. Орель решил, что работу лучше завершить в доме кукольника. Для этого заказали в столярной мастерской ящик, попросили наполнить его стружкой. Потом пришлось нанимать повозку, чтобы довезти из одного дома в другой.

Орель решил воспринимать эти траты как репетицию. В день приема нужно будет доставить автомат в дворец дукса. Не пойдут же они просто по улице.

Финальные приготовления тянулись до последнего дня. На этот раз сошлись на мысли обойтись без одежды. И в целом сделать механизм менее похожим на человека, чем в случае с Леонорой. Хотя Агнесса и колко заметила, что ее кузен имеет слабость к обнаженным механическим фигурам.

Голову закрыли деревянной маской, стилизованной под старомодное рыцарское забрало, только с широкими овальными прорезями для линз. Грудь, в которую будет приходиться значительная часть ударов, закрыли плотным рядом тонких дубовых реек. Конечности защитили броней из вываренной кожи, близнецы раскрасили ее в цвета семьи дукса — красный и желтый. Под парусами такой же расцветки ходили корабли Ризердов.

В этот раз сошлись на мнении, что не стоит давать автомату имя.

Вечером накануне приема Лехтман решил раскрыть план. И Готтольд, и Агнесса по отдельности спрашивали, что именно он планирует делать и зачем собирал механизм. Но каждый раз Лехтман отмалчивался. Орель пригласил близнецов в мастерскую. Указал на стоявшего в центре комнаты автомата.

— Перед вами фехтовальный тренажер для младшего Ризерда.

Виглеры переглянулись. Агнесса вкрадчиво спросила:

— Ты же понимаешь, что дукс может нанять лучших учителей фехтования по эту сторону большого моря. Хоть одного, хоть двух, хоть дюжину.