А вот теперь её улыбка куда сильнее стала похожа на самый натуральный и кровожадный оскал.

— О, поверь мне, твои тупые шутки — это последнее, о чём мне надо волноваться. Особенно если учесть, кому именно принадлежит эта больница.

Ладно. Вот тут мне стало интересно.

— Расскажи-ка поподробнее…

— Прошу, главврач уже ждёт вас, — сказала медсестра, подведя меня к двери.

— Спасибо, — улыбнулся я ей и открыл дверь.

Можно, конечно, посетовать, что я тут пациент вообще-то. Могли бы там и кресло-каталку дать… Да только что толку-то? Я бы и сам в неё не сел. Это раз. Да и чего прибедняться, если у меня сейчас вообще никаких проблем нет. Это два.

К слову, я был практически полностью здоров. По крайней мере, мне так сказали врачи. После того как Распутин поработал с моим телом своей Реликвией, я чувствовал себя здоровым, как бык. Буквально. Давно так хорошо себя не ощущал.

Между прочим, уж не знаю, специально или нет, но, похоже, Распутин решил вообще по всем моим болячкам пройтись. Исчезли даже совсем старые шрамы, которые я ещё в детстве получал.

Однако, понятно, откуда у Распутиных такое влияние. С такими способностями их вообще от себя отпускать нельзя.

Зайдя в кабинет, я увидел сидящего за столом мужчину… Да только вот в помещении он оказался не единственным человеком.

Впрочем, примерно так, как я и ожидал.

— Ваше сиятельство, — кивнул я с удобством устроившемуся в кресле у стены Распутину.

— Рахманов, — вернул он мне кивок.

Сидящий за столом мужчина встал из-за стола.

— Что же, ваше сиятельство, я пока отойду. Если потребуюсь, мой номер у вас есть.

— Конечно, Сергей, — кивнул Распутин. — Спасибо, что позволил воспользоваться твоим кабинетом для разговора.

— Ну что вы, ваше сиятельство. В конце концов, половина клиники построена на ваши деньги, так что это, скорее, ваш кабинет, — улыбнулся он. — Всё, не буду вам более мешать.

С этими словами он вышел, прикрыв за собой дверь и оставив меня наедине с моим «спасителем».

Молчание продлилось недолго. Аж целых десять секунд, пока сидящий в кресле граф оценивающе смотрел на меня и не говорил ни слова.

Самому, что ли, сказать что-то? Какая-то дрянная ситуация, если честно. Стоя в середине кабинета, я ощущал себя чуть ли не зверушкой в зоопарке. Надо это исправить как-то. И нет, не потому, что я вот такой важный, а меня тут позвали и стоять заставляют. Хотя бы потому, что ситуация требовала.

Так что ещё пару секунд постоял и, подойдя ко второму креслу за низеньким кофейным столиком, опустился прямо в него.

— Действительно наглый, — проговорил, поджав губы, Распутин, продолжая сверлить меня взглядом. — А разрешения спросить?

— Все мы получаем не то, чего ожидаем. И что-то подсказывает, что вы вызвали меня сюда не для того, чтобы моим здоровьем поинтересоваться, — в тон ему ответил я.

— С чего такие мысли?

— С того, что этим и обычные врачи могли заняться. А если у вас и впрямь возникло бы такое желание, то утолить своё любопытство вы могли и в моей палате, — ответил я и, немного подумав, добавил с намёком на уважительность: — Ваше сиятельство.

— Действительно, — повторил он. — Нагл. Но это не ответ на мой вопрос. С чего ты взял, что я…

— С того, что сейчас там сидит Эри, — уверенно произнёс я. — А учитывая всё случившееся, прикончить меня наедине вам будет куда сподручнее, чем если она будет мешаться под ногами. Разве нет?

Его глаза превратились в две узкие чёрточки. Взгляд стал настолько пристальным, что у меня появилось ощущение, что в меня опять из винтовки целятся. Любопытное ощущение. Никому не советую.

— Интересно, с чего бы мне тебя убивать? — Распутин чуть наклонился ко мне.

— О, ну я даже не знаю, — протянул, откинувшись на спинку кресла. — Может быть, потому, что я сын Ильи Разумовского? Сойдёт вам за причину, а?

Видимо, он ожидал услышать что угодно. Но не это. И не вот так, прямо в лоб.

— Значит, это всё-таки правда, — вздохнул он.

— Как будто вы этого не знаете, — вообще не скрывая раздражения, сказал я. — Кто из вас двоих? Кого мне благодарить, что у меня лишнее вентиляционное отверстие в груди появилось? Вас? Нет. Скорее уж, Уварова, ведь так? И только давайте не будем сейчас делать вид, будто это не так. Я знаю, что Браницкий рассказал вам обоим о том, кто был моим отцом.

Эри… Хотя чёрт с ней. Она-то не виновата. А вот этот ушлёпок… Как же он меня бесил! Вечно лезет со своими «жизненными цитатами». Достал! В следующий раз реально, что ли, попробовать ему башку отрезать? Хотя это будет попытка в один конец. Вряд ли он такое мне с рук спустит… Хотя не могу отрицать, что отделаться от этого говнюка крайне приятная перспектива.

Когда Эри той ночью рассказала мне, что Браницкий растрепал Уварову и Распутину, какую именно фамилию носил мой отец, я ненадолго выпал в осадок. Зачем? Вот на кой-чёрт он это сделал? Эри мне на этот вопрос не ответила. Сказала, что и сама не знает. Она вообще мало что знает о его замыслах.