Преподаватель сделал обратный жест, и всё прекратилось.

— Под этот ветер надо подстраиваться, чтобы не потерять контроль. Я вас научу. И ещё один принципиальный момент, о котором знают не все. В теории ямщик может, минуя хаб, путешествовать в одиночку. Но на практике это чрезвычайно сложно. Гораздо проще — идти вдвоём, распределяя обязанности.

Он окинул нас взглядом:

— В этом классе — двадцать два человека. Женщин и мужчин — поровну. Это не случайное совпадение. Дуэт ямщиков — всегда разнополый. И одна из задач учёбы заключается как раз в том, чтобы вы составили эффективные пары.

В классе поднялся шум, вопросы посыпались, заглушая друг друга. Варгас предупреждающе выставил перед собой ладонь:

— Оговорюсь сразу — сексуальная связь при этом не обязательна. Можете оставаться чисто деловыми партнёрами. Как хотите. Но взаимопонимание в паре важно, чтобы флюид отреагировал правильно.

— Извините, — сказала въедливая рыжуха, — а разбивать по парам тоже будете вы? Или мы разобьёмся сами? И почему вообще это так работает?

— Сейчас объясню.

— Чтобы целенаправленно двигаться в потоке флюида, — сказал преподаватель, — надо решить сразу две задачи. А именно — поймать нужный ветер и точно проложить курс. Первую задачу легче решить мужчинам, вторую — женщинам. Почему флюид так устроен, нам неизвестно. Теорий много, но это — тема для самообразования. Мы же с вами займёмся практикой.

— То есть, — уточнил я, — в дуэте парень — пилот, а девушка — штурман?

— Да. — Варгас с любопытством посмотрел на меня. — Если бы все здесь были из техногенных миров, я употребил бы именно эти термины. Что же касается разделения на конкретные пары, то окончательное решение принимаю я лично. С учётом ваших предпочтений, естественно. А главное — с учётом того, как вы будете вместе управляться с флюидом. Это станет понятно по ходу дела. Предугадать заранее трудно.

— Значит, — сказала рыжая, — партнёров выбираем мы сами, а вы только утверждаете? Ясно…

Хищно прищурившись, она оглядела аудиторию. Ферро, сидевший через проход, слегка побледнел и отодвинулся рефлекторно. Я посмотрел на Хильду и подмигнул. Та сделала вид, что ничего не заметила. Бьёрн сжал кулаки.

Остальные тоже присматривались друг к другу — кто-то полушутливо, а кто-то по-деловому. Преподаватель наблюдал молча. Видимо, на что-то подобное он рассчитывал изначально.

Лишь когда все затихли, он снова заговорил:

— Не надо спешить. Пообщайтесь вне класса, узнайте друг друга лучше. А через два-три занятия мы начнём тестировать совместимость. В итоге всё прояснится.

— Господин Варгас, — сказал какой-то серьёзный парень, — а почему способности проявились у нас так поздно? Я ещё в детстве слышал о ямщиках, хотел стать одним из них. Но остров увидел только теперь.

— Полноценная работа с флюидом возможна только с определённого возраста. Ямщику должен исполниться двадцать один год. Магическое совершеннолетие — так это называют в некоторых мирах. Вы все здесь его достигли.

Он вытащил из угла и поставил перед доской металлическую конструкцию — вертикальную стойку на опоре-треноге, имеющую две горизонтальные перекладины, вверху и внизу. Прокомментировал:

— Ямщик во многом полагается на своё субъективное восприятие. И без развитого воображения тоже не обойтись. Работая с флюидом, вы, с точки зрения обычного человека, оперируете абстракциями — но для вас они имеют практическое, прикладное значение. Сейчас перед вами — простенький тренажёр, помогающий визуализировать некоторые аспекты. Что он напоминает вам внешне?

Мне потребовалась пара секунд, чтобы сообразить, а вот Джино просёк фишку мгновенно, влёт:

— Мачта с двумя реями!

— Правильно, — кивнул Варгас. — Раз мы упомянули попутный ветер, то логично представить парус. Тогда поймать ветер будет проще. Кто желает попробовать?

Взметнулось несколько рук, но преподаватель выбрал Койота, сидевшего неподвижно и слушавшего бесстрастно:

— Прошу вас. Выйдете, пожалуйста, сюда. Попробуйте проявить флюид визуально. А тренажёр покажет, насколько вам это удалось.

— Инструкции? Правила? — Койот явно не страдал многословием.

— Без инструкций, на интуицию. В том и суть.

«Индеец» уставился на штуковину. С полминуты ничего не происходило, а затем мы почувствовали легчайшее движение воздуха. Перед мачтой на мгновение сгустилась тень, похожая то ли на голограмму, то ли на карандашный эскиз для три-дэ-мультфильма. Парус, раздутый ветром.

— Отлично, — похвалил Варгас. — В реальном рейсе всё это выглядит несколько по-другому, но нам пока важен принцип. А теперь вопрос к дамам-штурманам. Если бы мы усилили этот ветер до рабочих значений, куда он нас перенёс бы? Вновь прошу дать интуитивный ответ.