— Ладно… — сказала Хильда. — Тимофей, тогда съезди, как договаривались…

— Адрес-то хоть скажи, куда брать билеты.

— Остров Синей позёмки, третий герцогский фьорд…

— До встречи.

Хильда вошла в коттедж, Бьёрн за ней, дверь захлопнулась. Кайла потянулась довольно, а я заметил:

— Ты обещала, что он у тебя по струнке будет ходить. Я несколько иначе себе это представлял.

— Ну, так он и ходит. А я полезное совмещаю с приятным. Парень-то — о-го-го! Фактурный типаж, скажи? Прибрала к рукам, не откладывая. А вы там с ледышкой тоже, смотрю, не теряли время? Про новый мир нам на лекции сегодня рассказывали. Хвалю, одобряю. Как оно там?

— Сойдёт. Но на твоей оси тоже были новости. Вот, держи.

— Это что?

Она с подозрением уставилась на конверт, который я ей протягивал.

— Письмо тебе, — сказал я.

— От кого?

— Открой и прочти.

Нахмурившись, она достала-таки послание. Увидела подпись:

— Длинный, ты издеваешься? Я вас просила лезть к моим родичам?

— Слышь, рыжуха, не кати бочку. Мы приехали в офис сдавать посылку, а твоя матушка нас окликнула. Я вообще был не в курсе, что ты у нас сударыня-барыня. Нафига придуриваться-то было?

— А захотелось мне, — с вызовом ответила Кайла. — Тебя что-то не устраивает? Гуляй тогда, не навязываюсь.

— Прекращай детский сад. А насчёт письма сама думай — читать, выбрасывать или ещё чего. Соваться в твои дела я не собираюсь, у меня и своих хватает. Надеюсь, ещё увидимся. Всё, пока.

Я пошёл к выходу из кампуса. Обернулся, дойдя до башни. Кайла стояла возле коттеджа и вчитывалась в послание.

Оседлав мотоцикл, я поехал к «ротонде», где пересекались оси. Каждая из них имела свою железнодорожную кассу с несколькими окошками.

Кассирша растолковала мне, что поезда на север бывают двух категорий — с сидячими местами и с купе-люкс. До нужного острова было всего четыре часа езды, и я решил — без купе мы как-нибудь обойдёмся. Тем более что «сидячий» поезд нам подходил по времени, отправляясь завтра с утра.

Взяв билеты, я некоторое время поколебался — и поехал в Москву.

Сейчас мне требовалось попасть на ямскую базу, а не в Космоград, как в прошлые разы. Доехав до моста, я затормозил и прислушался к своим ощущениям. Уловил в движении воздуха легчайшую флюидную примесь, будто в морскую свежесть вплетался ветер с противоположного берега. Причём ветер этот был по составу неоднороден — он складывался, казалось, из разрозненных струй, каждую из которых я мог почувствовать по отдельности.

Доверившись интуиции, я выбрал струю и въехал на мост. Промчался по нему на высокой скорости — и увидел впереди Ленинградку. Я словно съезжал со МКАДа, чтобы вписаться в уличный трафик, не помешав при этом другим водителям.

Добравшись до базы, я оставил «хонду» на внутренней стоянке и заглянул к начальнику. Сообщил, что мы с Хильдой используем предоставленный отпуск и приступим в работе через неделю.

Вызвал городское такси, благо денег теперь хватало. На нём доехал до Космограда, забрал свой чемодан у комендантши в общаге и вернулся в Москву.

Последние связи с Академией Космофлота были оборваны. Жизнь перескакивала в новую колею, теперь уже окончательно.

Я вновь повесил на плечо походную сумку. Заглянул в соседнюю комнату, отведённую Хильде. Там стоял её неразобранный саквояж, а на кровати лежала меховая жилетка, и я решил захватить их тоже.

В дверь постучали. Вошла красивая дама с «индейской» внешностью, представилась медсестрой и дала мне бумажную упаковку с двумя большими таблетками:

— Вы сегодня впервые замкнули круг, поэтому этой ночью возможны побочные эффекты. Мозг перенастраивается после форсированного использования флюида. Из-за этого могут быть неприятные ощущения — головная боль, например, ночные кошмары. Если почувствуете что-то подобное, то примите.

Я поблагодарил и вышел на улицу. Взял межосевое такси и опять поехал на хаб.

День заканчивался. Солнце садилось, его малиновый шар погружался в море, слева от острова. Летний ветер врывался в окна машины. Чувство ирреальности, слегка запоздалое после нашего рейса, захлёстывало меня, а будущее манило, таясь где-то впереди, в распахнутом вечернем пространстве.

У входа в башню я встретил Джино и Ферро.

— Какие люди, — сказал Джино насмешливо. — Новая звезда ямского приказа. Вернулся днём со своей северной принцессой, но поздороваться даже не заглянул.

— Без обид, парни. Замотался.

— Ну, пошли по пивку тогда. Реабилитируешься.

— Мне надо дела закончить. Да и устал уже, как собака.

— Вот я об этом и говорю. Зазвездился малость.

— Слушай, — сказал я, — ты в последние дни какой-то излишне нервный. То до путейцев докапываешься, то до меня. Сбавляй обороты.

— Ага, ещё выговор теперь сделай, великий профи.

Мне надоело, и я, махнув им рукой, отправился в кампус. Постучался к Хильде. Она стояла у платяного шкафа, перебирая вещи.