Как, нафиг, это делать? День был хорошо за второй половиной, а у неё не получилось ещё ни одного заклинания, даже зеркало. Ещё этот дурацкий свин, строящий жалкие морды. Он был совсем не похож на того, кому требуется лечение. Девчонки из кожи лезли, не желая проводить ночь с рабами и искренне не понимали, чего Елене ещё надо. Когда её накрыл очередной приступ хохота, одна из девушек, стоявших сзади, плюхнулась на колени и очень ловко со всей силы укусила высшую жрицу, за внутреннюю сторону бедра, чуть ниже ягодицы, благо длина платья располагала. Было жутко больно, страшно и неожиданно. Елена машинально ударила рукой назад, стараясь смахнуть обидчицу. Полыхающие языки огня окутали кулак, а костяшки стали пирамидками их разового металла. Удар прошёл от плеча через позвонок к лопатке, раскрошив кости, почти переломив девушку пополам. Елену накрыло чувство силы и ярости, переполнявшее всё тело, а красное пламя охватывало и жгло кулаки, даруя чувство всепоглощающего тепла. Кровь хлестала из разрезанной обожжённой раны младшей жрицы, которая билась в агонии, свин визжал словно в него засунули сирену пожарной машины, а девчонки вопили в голос.

Елена не знала, что делать, как это прекратить, кому помогать и может ли она хоть что-то сделать, но это тепло, это сознание ярости и адреналина так грело и так успокаивало, что хотелось замереть не дыша, и слушать себя, наслаждаясь огнём в кулаках, сжатых до хруста.

— Да что у тебя за магия то такая? Великий Рулз! Что стоите? Пошли отсюда! — наорала на визжащих младших жриц подбежавшая на шум женщина, выхватившая из-за пояса кинжал и всадившая его в основание черепа бившейся в агонии кусачей хитрюге.

Тело осело посмертным сгустком, оставив на земле лужу крови, куски раздробленных ударом костей и перемазанное разорванное платье с обожжёнными, воняющими гарью несколькими разрезами, идущими параллельно.

— А ты чего разорался? Иди в стоило, — и женщина ловким движением прирезала поросёнка, после которого, как издевательство, остался копчёный кусок сала в облаке белёсого тумана. — Тоже мне, маг недоучка. Теллем, ты идиот! — погрозила в никуда женщина кулаком.

Огонь на кулаках Елены потух, костяшки перестали быть металлическими пирамидками, и совсем не хотелось сунуть руки в огонь, расплёскивая тепло по телу. Мир вернул прежние краски и кроме пары посмертных сгустков, от свина и младшей жрицы, залитой кровью поляны и высунутых по всюду озабоченных лиц с перепуганными рожами, ничего не напоминало о происшествии. Уже было понятно, что никто не умер окончательной смертью. Даже свин.

— Ой! Здрастье! — поздоровалась Лена, и подумала, что это как-то глупо выглядит.

Женщина осмотрела перемазанную кровью девушку, хмыкнула и покачала головой.

— Деревня. Напугать неожиданно, или сделать больно, чтобы на первое заклинание спровоцировать. Если первое заклинание получилось, дальше понимаешь, как надо, как это у тебя происходит. Дуры недоученные. Ты их прости, мозги не купишь и не подарят, этому учиться надо. Что же девочка у тебя за магия такая? — ещё раз покачала головой женщина. — А ты Теллем, додумался, к этим девчонкам высшую жрицу заклинаниям учить отправил. А ведь могла и совсем убить, — продолжила бурчать женщина и показала Елене идти за ней. — А вы чё стали? Что не видели? У кого работы нет, сейчас найду! — наорала она сразу на все высунувшиеся любопытные рожи, которые поспешили свалить по-тихому.

Пройдя во внутренне помещение храма через большие ворота Елена шла по коридорам за женщиной идущей бодрой походкой, над головой которой светилось имя Гюрза-12.

— А вы тоже игрок?

— Нет, я старик. Это мой позывной. Я командовала орудийной башней. Третий ударный флот, дальний тяжёлый крейсер «Несущий Смерть». Мы могли через три галактики прыгать. Странно быть стариком. Помню, что у меня было трое детей, муж был пилотом, а вот вспомнить имён, как своего, так и других не могу. Каждую кнопку на пульте помню и разъём биоинтегрированного управления, каждую команду с последнего боя, а кроме позывного, даже название родной звёздной системы забыла. Мы здесь все такие — немного умалишённые. Может что-то такое было, что этот мир нас защищает, психически больные ему не нужны, вот и выкинул самое плохое. А ты свою родню помнишь?

— Угу, — ответила Лена.

— Любимый, наверное, остался, родители сейчас стоят над могилой твоего физического тела и плачут.

— Елена вспомнила сон, который снился ей ночью про белок, про то как Марк до самой ночи стоял около памятника, её памятника, смотрящего вдаль сквозь всех в голубое небо и сороку, и белок, которые не в этот раз не получили своё угощение.

Елена непроизвольно скрипнула зубами и сжала кулаки.

— Девочка, осторожно. Ты очень сильная, не спали тут ничего.

— Ой, извините, — помахала рукой в воздухе Лена, стряхивая с рук появившиеся языки красного пламени, которые стекали на каменный пол с кулаков, на костяшках которых появились пирамидки из розового металла.

Капли огня нехотя затухали, потеряв связь с хозяйкой, а на полу оставались пятна расплавленной раскалённой жидкости, которая наполняла прохладные коридоры теплом. Гюрза –12 хмыкнула, наблюдая за раскалёнными плитами пола.

Теллем, он хороший, но дурной, как все мужики. Просто жуть. Отправить тебя к девчонкам заклинание учить. А если бы ты её выпила? Это окончательная смерть. Да ты пол двора могла поубивать, сама бы не поняла, как это сделала. Я видела как ты в огне грелась, жаль видео аппаратуры тут нет, я бы тебе показала. Магия у тебя точно не наша, даже не могу сказать какая. Подпитка у тебя наша, дохляцкая, а горит как у демонов, а ещё эти металлические костяшки. Или проклятый мифрил, или даже адамантий, а это уже божественная магия, ещё и светлая. Пока ты себя в руках держать не научишься, ты опасна как для окружающих, так и для себя. И где только тебя Теллем выкопал? Тоже, мне, любитель экзотических подружек.

Гюрза-12 шла по коридорам уверенно и больше огнемётные темы не поднимала, а Елену распирало любопытство, и оно её сейчас заботило больше чем этот дохляцкий мир и то, что у неё получаются заклинания очень сильные и какие-то дурацкие.

— Гюрза, а Теллем тоже старик?

— Нет. Когда он в десантном боте сгорел, он был подключён к системе единого управления. Это когда все десантники группы сознание объединяют, вот мир его игроком посчитал и сохранил помять полностью.

— А как там, в глубоком космосе?