— Вот это да. Неужели? — ответил ему руководитель рыцарей.

— Эй барон, давай её сюда, — и Семён приглашающая похлопал по своему седлу.

— Это ещё с чего? Я её первый поднял.

Разговор был весьма серьёзный, но Елена на мгновение заметила весёлую искорку в глазах ракшаса, обернулась и посмотрела на Барука. Местные не так умеют скрывать свои чувства, поэтому ей предстала улыбающаяся во всю ширину шлема небритая рожа.

— Да блин! Отвалите на хрен!
– разозлилась она. — Опустите меня на землю!

Мужики заржали, а барон, легко подняв Лену за шкирку, аккуратно поставил на траву. Лена уже собиралась отматюкать обоих шутников, но к ним подскакала Зулу, ведя под уздцы лошадь:

— Ещё одно нападение! В голове каравана!

Семён достал свисток и дал несколько резких сигналов. Ракшасы, бросив преследование начали собираться к командиру.

— Эй, а как же те? — показал на убегающих Ки Барук.

— Насрать! Хрен с ними. Там у нас деревня. Их вырежут.

Барон кивнул и дал команду одному из воинов протрубить в рог. Рыцари, бросив преследование, начали возвращаться. Через минуту оба отряда уже рванули в начало обоза, а ещё через пару минут, её уставшие девушки были в сёдлах и поскакали вслед рыцарям и ракшасам. Она сама была наездницей весьма посредственной и не поспевала за унёсшимися воинами.

Вовремя! Ещё несколько минут, и деревенских полностью бы выбили, но обошлись можно сказать символическими потерями. Ещё в самом начале пути ракшасы серьёзно подошли к подготовке деревенских беженцев. Не имея возможности натаскать местных как воинов придумали другой способ. Этот мир в мозги каждому изначально прошивал свою роль. Кто-то рождался примитивным крестьянином, кто-то воином, а кто-то злым гением, и никак иначе. Были исключения, но очень мало. Обучить селян как-то держать оружие было практически невозможно, но парни Семёна их тренировали по-своему. Всю дорогу заставляли прятаться за телегами, отбиваться от нападавших, закрываясь хламом находившимися в многочисленном скарбе и пытаться отгонять лошадей, выставляя вперёд деревянные коля, с заточенными остриями. Назвать это копьями было совершенно невозможно. Подобная тактика бежать, прятаться и звать тех кто посильнее — вполне сработала. Деревенских уже успели немного потрепать, но выколупать большинство запрятавшихся за имуществом селян не успели.

Когда Елена прибыла не место героической битвы, всё было решено и бой уже почти угас. Хотя она и пыталась гнать свою лошадь, чтобы тоже поучаствовать в битве, но вполне обошлись без генералиссимуса. Её девчонки, всю жизнь прожившие в этом мире, для которых лошадь словно истребитель для Елены, добрались намного быстрее и тоже приняли участие в драке.

Пленных было много. Если голова захваченного врага не раскалывалась от пары пинков ногой в окованном металлом сапоге, то они раскалывались словесно. Уже через пару минут было известно, что там, направление разумеется указывалось трясущеяся от побоев рукой, находится город, который узнав о гибели храмов Рулза и исходе местных, быстренько переобулся в воздухе и решил сменить подчинение и перейти в паству Гравиколда. Посреди города был ещё большой храм всем тёмным богам, который местные не решились трогать, но алтари Рулза или разрушили, или переподчинили на новый лад. Вскоре, дороги заполонили множество разрозненных беженцев, уходивших от нашествия серых воинов. Это был отличный повод пополнить благосостояние и немного выслужиться перед новым покровителем, чем тупоголовые местные и попытались воспользоваться.

Для игровой механики, пронизавшей этот мир, всё было логично и правильно, но они не учли игроков, которые думали иначе и смогли собрать и организовать разрозненную толпу и даже организовать достойную защиту. Если-бы не помощь ракшасов и примкнувших игроков, беженцам пришлось бы совсем плохо.

На небольшом военном совете Ки Барук и Семён решили незамедлительно посетить гостеприимный городок в воспитательных целях и посмотрели на Елену, как на главную руководительницу происходящей затеи. Почему они определили, что она главная — было непонятно, может потому, что она постоянно является катализатором потрясений этого мира или потому, что она девушка и не хотели обижать? Не, про девушку точно нет, скорее, как главного возмутителя спокойствия.

Оба отряда, уже через пару часов были у стен милого городишки. Кентавров оставили на охране каравана, а вот игроков выгребли почти всех, хотя их было совсем немного. Войти в город на спинах отступающих, не получилось. При приближении воинов, горожане закрыли ворота, оставив целую кучу отступающих в чистом поле, на растерзание недовольных посетителей.

Семён, забрав ракшасов, пустился в обход города. Тут наверняка не обошлось без игроков, решивших перейти под длань Гравиколда и именно они и представляли главную угрозу. Местные — тупые, хотя и многочисленные, а вот от тех, кто не связан законами игровой механики и надо ждать самых больших гадостей. Они приоритетная цель, а превращение города в руины доверили менее опытным сотрудникам, а именно Елене.

Барон, Елена и Зулу смотрели на город. Девчонки несколько раз проносились на лошадях, щедро посылая стрелы в жавшихся к стенам отступающих. Они двигались быстро, и лучники города не успевали реагировать. Всадники Ки Барука спокойно стояли на отдалении, ожидая команды.

— Барон, — начала Елена, — ваши бойцы дисциплинированные?

— Разуметься, госпожа.

— Тогда, отмените пожалуйста сегодня всю дисциплину по вашим бойцам. Сегодня можно грабить, убивать и насиловать, желательно при свидетелях. Оставьте десятую часть жителей в живых, а остальных убейте, только проследите за тем, чтобы бы в семье осталось не более одного человека. Мне не нужны счастливые родственники, спасшиеся вместе. Храм тёмным богам свят для всех, а вот город — это просто город. Я хочу, чтобы бы к утру он уже догорал.

— Елена, а тех, кто в храме укрылся?

— Оставьте. Пусть думают, что они остались живы по воле наших божеств. Мы же должны как-то развивать паству тёмных храмов? Пусть придумывают сказочки о чудесном спасении, но барон, поджигайте дома по кругу от храмового комплекса и к окраинам, в стороны, чтобы слишком много народа туда не набежало. Нам нужно устроить максимальные зверства, а если вы будете поджигать от окраин, то в храм пол города сбежиться, а нам это не нужно.

— Да госпожа, — ответил барон.