«И я решил изменить это.»

Теперь для меня друг — это тот, кого можно использовать для достижения высоких целей. Они подобны кирпичам, которые я укладываю и выстраиваю перед тем, как сделать следующий шаг вперед.

Я осознаю, что мое представление о дружбе искажено, но это не сдерживает меня.

«Больше я не завожу друзей из-за искренности, лишь для получения выгоды.»

«Тук! Тук! Тук!»

Как утренний стук молота кузнеца, этот неожиданный звук проникает в мои размышления. Мой взгляд стремительно переключается на дверь.

— Войди, Ульрих.

Дверь медленно раскрывается, но в этом движении чувствуется замешательство.

С небольшой долей беспокойства в голосе я спрашиваю:

— Что случилось? Почему ты стоишь там, как вкопанный?

— А! Н-Ничего, ваше величество. Прошу прощения, — Ульрих быстро влетел в комнату и сел на край кресла передо мной. — Что вы хотели узнать, ваше величество?

Но как всегда, беспрекословно переходя к делу, я продолжаю:

— Как ты думаешь, насколько уверены наши военные в том, что смогут захватить Монферан?

Ульрих моментально встает, в его глазах отражается возбуждение и решительность:

— Ваше величество! Вы действительно рассматриваете возможность завоевания виконтства Монферан?

— Спокойно, Ульрих. Мы еще не приняли окончательного решения. Мы просто обсуждаем эту возможность, — успокаиваю своего министра.

Ульрих откидывается назад в свое кресло, теребя свою бороду в размышлениях.

— Хм… Учитывая нашу огневую мощь и размеры города, развертывание одного полка, возможно, будет достаточно для их уничтожения. Могу ли я узнать больше о вашей неожиданной идее?

— Ты видишь… Я заключил сделку с Бычерогом. Когда они нападут на Нортарию — столицу Большероссии, мы воспользуемся этим шансом, чтобы захватить виконта Монферана. Ведь он является верным сторонником император Николая I. Как только Монферан узнает о нападении на Нортарию, он обязательно придет ему на помощь. И в обмен на нашу поддержку, они будут готовы передать нам эту территорию.

После того, как Ульрих внимательно прислушался к моим разъяснениям, его выражение стало отражать глубокую тревогу.

Он задал мне вопрос, который занимал его ум:

— А что, если Бычерог все же не сумеет победить и проиграет? Мы рискуем втянуться в конфликт, который окажется непредсказуемым, если сценарий не пойдет так, как мы планировали, — отметил он с характерной для него обеспокоенностью.

— Поверь, я не допущу того, чтобы наши планы рухнули, когда на кону настолько много. Я уже предпринял все необходимые шаги, чтобы обеспечить достижение наших целей. И помни, ты играешь важную роль в этом плане.

Ульрих в ужасе расширил глаза, осознав, что иногда я не останавливаюсь даже перед ложью, чтобы сделать свои махинации успешными.

Это было подчас мелким и нечестным поворотом событий, но Ульрих давно привык к такой манере обращения с моей стороны к своим врагам.

— Что же вы хотите, чтобы сделал я, ваше величество? — с вниманием поинтересовался он.

— Направь наши войска в Монферан и перекройте все пути обратно для армии Бычерога. Сначала предложи Монферану мирную сдачу, прежде чем прибегать к применению силы. Нам необходимо минимизировать потери боеприпасов.

— А сколько времени займет выполнение этой операции? — Ульрих продолжал задавать необходимые вопросы.

— Это будет зависеть от успехов Бычерога в захвате Нортарии. Я оцениваю, что у нас есть около пяти-семи дней на выполнение этой задачи.

Ульрих осторожно высказал альтернативный вариант:

— Но если бы мы прибегли к насильственным методам, возможно, все завершилось бы гораздо быстрее, без излишних хлопот.

— Ты, вероятно, прав. Но в таком случае это создаст неприятное впечатление на виконта Монферана, и мне будет нелегко убедить его стать на нашу сторону.

— Вы действительно желаете, чтобы виконт Монферан стал нашим союзником? — Ульрих задал вопрос, хорошо зная, что король Ренар не склонен щадить своих старых врагов.

Имя Монферана стало легендарным. Невзирая на то, что он никогда не сталкивался лицом к лицу с моей семьей, его влияние на ход прошлых событий было настолько ощутимым, что каждый в благородных кругах знал о его решающей роли в предательстве маркиза Ренольда в момент столкновения с Коалицией Благородных.

В тот момент, когда я увидел выражение удивления на лице Ульриха я ответил: