— Но… — Арина чуть покачнулась и осела на пол, усевшись на попу.

— Тебе ещё повезло. Он мог начать стихийную инициацию прямо во время ритуального секса. И тогда — ни жизни, ни детей, ни будущего у тебя не было бы. Он демон. Чудовище для простых людей… оками.

— Что же мне делать? — со слезами на глазах дрожащим голосом произнесла Арина.

— Будь с ним как можно более тактична и вежлива, но избегай близости. Ради своих мальчиков. Он, потом, конечно, будет сожалеть. Но в момент инициации даже не заметит, как тебя уничтожит. А ещё лучше — уезжай в Эрафию сразу, как он научит тебя посвящать мне оками. Уезжай и не возвращайся. Сейчас, в преддверии инициации, он крайне опасен для окружающих. А потом, став полноценным высшим демоном, не пойдёт на близость с тобой. Ведь в этом случае ты родишь ему куколок, а их судьба очень печальна.

— Но… я ведь его люблю…

— Тем более уезжай, потому что он это, безусловно, чувствует. И когда случайно убьёт тебя или сделает больно, станет сильно горевать, всё понимая. Кроме того, ты будешь доставлять ему душевную муку, да и себе. Представь — видеть его каждый день и понимать, что нельзя к нему прикоснуться, обнять, поцеловать… ты готова к этому?

Оками окончательно рухнула на пол и тихонько завыла.

— Ты справишься… ты сильная, — села рядом с ней на пол Морриган, положив её голову себе на колени. — К тому же он дал тебе трёх замечательных мальчиков, которых тебе ещё нужно выносить, родить, выкормить и воспитать. Магов, которые станут фундаментом новой аристократии твоего народа…

В общем, поскуливание и подвывание, обильно сдобренное слезами и успокаивающими речами Морриган, продолжалось не меньше часа, пока Арина вконец не выдохлась.

— Вы ведь тогда разговаривали обо мне с ним? Не хотели, чтобы я слышала?

— Да, девочка моя. О тебе. Но не расспрашивай меня. Нельзя.

— Хорошо… — оками ещё раз всхлипнула. — Мне показалось на мгновение, что я наконец стала здоровой полноценной женщиной…. Нельзя было быть такой наивной…

— А ты и есть здоровая полноценная женщина. Дело ведь не в тебе. В нём. Поверь — у него сейчас такие проблемы, что если бы он рыдал над ними, как ты, то давно бы высох. Его судьба — одна сплошная боль и борьба. Не за успех и благополучие. Нет. Просто за выживание. Так что возьми себя в руки. Не давай ему повода усомниться в том, что он выбрал достойную мать для своих детей. Поняла? Отлично. Тогда иди, приведи себя в порядок и жду тебя через час…

Арина вышла из комнаты Морриган на негнущихся ногах с совершенно зарёванным лицом. А спустя пару минут совсем рядом с Богиней раздался тихий, шипящий от злости голос:

— Зачем?!

— Что зачем? — невозмутимо переспросила Морриган, повернувшись и встретившись глазами с Хель.

— Зачем ты вмешиваешься?!

— Мне нужна моя жрица. Причём живой и здоровой.

— Я же сказала, что мне всё равно! Пусть хоть всех оками повалит! — с едва сдерживаемым раздражением прошипела Богиня Смерти.

— Себя-то зачем обманывать?

— Что?!

— Я тоже любила смертного… когда-то давно. И знаю, каково это. От одной мысли, что он может быть с другой, пусть даже и обычной крестьянкой, меня всю выкручивало, а ярость рвалась наружу неудержимым потоком.

— Полагаешь, что я не смогу сдержать себя в руках?

— Ты уже не держишь. Посмотри на себя. Ты уже готова наброситься на них, растерзать даже за тот ритуальный секс, что имел место. Представь, что с тобой станет, когда они начнут развлекаться? Ты сможешь справиться с собой, наблюдая за всем этим? А ведь ты будешь наблюдать. Вглядываясь в каждое движение, прислушиваясь к каждому звуку, вдыхая аромат их возбуждённых тел… ты не выдержишь, дорогая моя. Мне нужна моя жрица, а не твои извинения и раскаяния. К тому же ты сама видела — поняв, что ты испытываешь к нему симпатию, он сильно призадумался в отношении продолжения близости с Ариной. Всё понял и без намёков. Сколько ты сама себя будешь мучать? Сказала бы ему всё.

— После инициации… — тихо и спокойно произнесла Хель.

— Ух ты, какие мы правильные, — усмехнулась Морриган. — А побаловаться?

Но Хель ничего не ответила и исчезла…

Глава 2

Мир Лхасси. Сальдор. Особняк дома Эрдо

Прошёл месяц с того момента, как была возрождена Морриган. И этот срок Дэм помнил урывками. Его тело переполняла рвущаяся на свободу сила, из-за потока, который стал нарастать в тот самый день, когда Хель навешала Миранде. И если вначале было терпимо, то через неделю начался какой-то ад. Тело, находящееся в частично изменённом состоянии, мучила пусть и не очень сильная, но постоянная боль из-за некоторых постоянных напряжений мышечной и костной ткани, а также кожных покровов. Плавная, тягучая мутация организма, чего сам юный демон стеснялся, ограничивая свой выход пределами подворья, дабы не пускать ненужные слухи. Но это сидение было явно второстепенной проблемой. Разве что Архимага пришлось ставить в известность, заявляя, что он заболел, дескать, и посещать Академию не может. Переутомление магическое. Так что рукописи и свитки носили прямо на дом.

Дэм пытался сбросить переполнявшую его ярость и энергию через изматывающие тренировки, но ничего не выходило. Казалось, что он был совершенно неутомим, уматывая в хлам всех своих партнёров по спаррингу, а после отправляясь на силовые упражнения. Он проводил по восемь-десять часов кряду на тренировочной площадке каждый день. Спал… да вообще не спал. Не мог… А усталость всё никак не наступала.

— Госпожа, — обратился с лёгким поклоном сержант стражи дома к Азуре, задумчиво смотрящей на то, как Дэм в очередной раз терзает набитый песком мешок.

— Чего тебе? — смерив его холодным взглядом, спросила девушка, явно не настроенная общаться.

— Вы не знаете, что происходит с господином бароном? Мы все за него очень переживаем.

— Ах, переживаете? — со злостью усмехнулась она. — Тогда передайте большое спасибо от него всем тем, кто практически каждую ночь устраивает оргию, — сержант потупился. — Брату и так плохо. Он страдает. А тут ещё вы со своим жизнерадостным весельем. Хорошо, что у вас хватило ума к нему не явиться пред ясны очи, приглашая присоединиться.