Зато время провожу отлично. И даже немного отдыхаю душой. Забавные.

В каюте отрубаюсь, стоит только коснуться подушки. И такое ощущение, что тут же оказываюсь в отличном сне.

Кажется, что по моему телу с нежностью скользят тёплые женские пальцы. Кое-где царапают кожу, но несильно. Вот только момент: похоже, это вообще не сон.

В лунном свете получается разглядеть силуэт. Катерина?! Не успеваю произнести вслух, женщина легонько касается пальчиком моих губ. Ну а что, Катерина очень красивая и эффектная, так что опробовать кровать в поезде вполне имеет смысл.

За всю ночь я не разу не жалею об этом решении. Видно, что Катерина знает, чего и сколько хочет. И так во всём. Оставив все силы, к утру я засыпаю, а Катя, кажется, так и остается на мне.

Просыпаюсь от хлопка. Меня будит закрывшаяся дверь каюты. Женщина оставляет после себя приятный аромат и очень хорошее настроение.

Феофан спит без задних ног. Посетительницу он, походу, даже не замечает. Думаю, амулет сокрытия звуков есть не только у Ивана. Вот и славно, решаю ещё немного вздремнуть.

Меня будит лязг защитных кожухов колёс. Форт собирается и готовится к дороге. Смотрю в окно. О празднике совсем ничего не напоминает. Все орки покинули место стоянки, оставив только укатанную боевую арену.

Торопиться особо некуда. Медленно потягиваюсь, чувствую после боёв лёгкую боль в мышцах. Она скорее приятная. Умываемся, после чего занимаю место резервного мага.

— Вить, ну, во-первых, без завтрака, а, во-вторых, приказа работать не поступало, — ворчит фей.

— Так я выспался, чего бы не поработать в удовольствие? — отвечаю как есть.

Погода за окном солнечная, силы прибавляются с каждой минутой. Хочется скорее заняться делом. Феофан прислоняется к трубке и тянет нужный рычаг на себя.

— Кухня? Говорит пост резервного мага. Нужен завтрак, — деловито заказывает фей. Перевожу на него взгляд, он без слов понимает мой вопрос. — Два завтрака!

Аннушка заходит минут через пять. Довольно быстро.

— Доброго утра, маг Виктор! — Кланяется девушка и выставляет на стол две тарелки с кашей и две кружки с чёрным чаем.

— А печеньки? — незамедлительно реагирует фей.

— Простите, я сейчас принесу! — Девушка снова кланяется, и тут же вздрагивает. — Ой, у меня же с собой немного есть.

Аннушка выкладывает из фартука несколько крупных галет.

— Но вы потом все же занесите, — настаивает фей, засовывая одну из галет в рот.

— И не извиняйтесь, нам всего хватает, — успокаиваю девушку.

Та, смутившись, выходит.

Поезд-караван набирает ход. Чем дальше мы едем, тем больше нам встречается заболоченных мест. Заросли вереска переплетаются красивыми стенами кустов, а потом резко пропадают. По обе стороны дороги простираются сплошные моховые пространства. Изредка мелькают деревья, похожие на осины. Кривые деревца только дополняют заунывность и одиночество пейзажа. Они выстраиваются рядами, перетекая в неприятный лесок.

Поднимаю кружку, чтобы сделать глоток, но не успеваю. Весь чай выплёскивается на одежду и стол, а я больно ударяюсь головой. Феофан хватается за лямки и быстро машет крыльями. Вижу, как сразу загорается щит по военному расписанию.

По поезду разносится голос капитана:

— Внимание! Всем занять свои места по расписанию!

Всматриваюсь в окно и пытаюсь понять, что происходит.

— Угроза нападения! — объявляет капитан. — Магу Виктору с феем-щитовиком приготовиться. Понадобится усиленная защита. — Это уже лично нам.

Пожимаю плечами: это логично. Я всё-таки наёмник. Беру по привычке пару кристаллов, заряженных под завязку, и выхожу в тамбур. Там уже толпится народ. От толпы быстро отделяется бригада из шести человек, в её составе и выходим из поезда. Фей сразу раскрывает над нами щит. Идём первыми. Вокруг тишина, и ничего не происходит. Это настораживает.

Дорогу преграждает завал бревен.

Идём к этому завалу с деревьями. Объехать его почти невозможно, справа и слева очевидная трясина. Так что место под завал выбрано идеально. Не сомневаюсь, что стихия здесь ни при чем. Тем более, ну неоткуда взяться тут таким, пусть и небольшим бревнам. Очевидно, перекрытая дорога — дело лап живых существ.

Феофан, кажется, думает также, и щит становится еще более плотным, а я чувствую легкое подсасывающее ощущение в груди.

— Вить, извини, но мне не по себе как-то, — фей тихо летит рядом. — Лучше я перебдею, чем нет.

Осматриваем завал. Все деревья подрубленные и сваленные. Отличное подтверждение моих мыслей. Они не упали сами по себе, их уронили.

Постоянно оглядываемся. Тишина. Пришедшие со мной работники очень споро прикрепляют цепи к стволам крупных деревьев. Это нужно, чтобы убрать поездом кучу стволов с дороги, а потом отбойник их вытолкнет совсем.