— Сердце виверны — дорогущий ингредиент, — поясняет Феофан. — Из него варят сложные зелья. Из крыльев делают обувь и сумки. Когти и зубы годятся для грубых защитных изделий, ножей, колючих щитов. Да тут она вся — это большая денежка.

Ну, понятно, вряд ли часто виверна попадается на разделку каравану. Слишком у поезда слабая огневая мощь. Пока теперь не раскидают на запчасти, никуда никого проверять и не подумают. С другой стороны, кажется, караванщикам до нападавших дела нет. Особых трофеев после виверны с ее кислотным дыханием тут уже и не получишь, а нарваться на какую-нибудь стрелу или нож в бок от замаскировавшегося под труп врага — дураков нет.

Смотрю на браслет — он снова принимает привычный серый цвет. Значит, Алена успевает вернуться в браслет, причем довольно незаметно для окружающих. На её счету достаточно много орков и гоблинов, да и людей на поле боя усохло довольно много. Что ж, тоже неплохо. Со стороны браслета просто чувствую сытую негу. Кажется, обожралась Аленушка.

«Наверняка! — раздается тихий голос в моей голове. — Извини, что сам предложил контакт, хоть и обещал. Но ты не отказался от помощи! А мне, — котенок икает. — Эта Сила прямо толчок даст. Какие интересные твари у вас тут водятся. Ты, случайно, охотником на таких не хочешь стать? А я тебе помогать буду!» — мяукает голос в голове.

— Нет, не планирую! — тихо говорю. — Но в следующий раз, если угрожает опасность, и ты меня явным образом не отвлечешь — можешь говорить.

Мимо проходит Ник. Довольно злобно поглядывает на меня. Интересно. Где этих двоих носило? Почему они только сейчас появляются? Бой то был довольно долгий. Хотя, конечно, может в бою-то мы все участвовали. Не до того было, чтобы анализировать вклад в победу.

«Ой, как хорошо! — появляется образ облизывающегося котенка. — А можно, если тебе будет угрожать смертельная опасность, выходить без твоего явного разрешения? А? Не хочу терять такого перспективного носителя».

— Если я потеряю сознание, то все равно сначала честно пытаешься привести меня в чувства, и вот только если не получится, — соглашаюсь. — Только тогда. В любых других случаях — спрашивать разрешение.

«Ахой, капитан! — передразнивает внутреннюю коммуникацию котенок. — Не извольте беспокоиться!»

— Изволю, — ворчу. — Мне сюрпризы настроения не добавляют. То Фео забывает сообщить мелочь про сапоги, то ты еще отжигаешь. Непорядок.

«Все, все. Осознал, понял, принял!» — Исчезает из моего сознания котенок.

Ник недовольно обходит существо и встает напротив работника, который пытается вскрыть грудную клетку твари. Она хоть и летающая, но больно крупная.

— Осторожно пили! Сердце не повреди! — наставляет маг работника. Обе феечки мага, поджав губы и сложив руки на груди, зависают над работником неподвижно. — Надрез ровнее веди.

Видно, что Ник вроде бы и сам не прочь добраться до сердца, но очень не хочет пачкаться.

И он, скорее всего, прав. Работник задевает сосуд и землю окатывает кровью. Она даже шипит. И от мест, куда попала кровь существа, поднимается дымок.

Ник наклоняется к пропиленной дыре, поднимается и злобно смотрит на окружающих. Кидает выразительный взгляд на меня.

— Сердце сожрали, — подытоживает маг.

Работники с опасением осматриваются.

— Ну, я пойду, раз теперь есть кому щит держать. — Мне буквально на мгновение обжигает предплечье. Боль проносится по телу и испаряется. Возможно, сказывается моральное напряжение и усталость. А может котенок вернулся. Но проверять, пожалуй, не буду.

— Виктор, подождите, — Ник, несмотря на взгляды, все же довольно корректен. — Вы знаете, кто сожрал сердце виверны?

— Я думаю, — глубокомысленно заявляю я, — тот, кто ее убил, тот и сожрал. Надеюсь, мы не входим в его рацион, если что. Но я всё-таки пойду. Колеса сами себя не починят. Вы люди более опытные, прикроете работников, если что.

Ребята, что потрошат виверну мгновенно отпрыгивают от туши.

— Назад! — орет Ник. — Виверна уже мертва, работайте, я прикрою.

Провожает меня злобным взглядом. Вот с чего бы? Неприятно он смотрел уже до моей, в сущности, безобидной шутки. Хотя работники теперь особенным энтузиазмом в разделке не пышут.

— Виктор, — доносится в спину уже. — А все же, кто её убил?

— Понятия не имею, — даже не останавливаюсь. — Я только на землю ссадил, да и то, с трудом.

Несколько молодых пареньков стаскивают ингредиенты в поезд, остальные разбредаются по делам.

Спокойно принимаюсь за распоряжение капитана, подхожу к передним колесам. Дорогу чинил — тут должно быть ещё легче.

Иннер поднимается вслед за недовольным капитаном в поезд.

С колёсами действительно разбираюсь быстро. Вытаскиваю огромные булыжники и палки, которые их стопорят. Подаю магию и восстанавливаю железные пластины. Проверяю весь поезд на повреждения. Даже простукиваю. Это оказывается быстрее, чем рассчитываю. Убираю лишнее, латаю дыры в защитном покрытии.