Вокруг меня поднялся вихрь мелких металлических осколков. Лезвия вырвались из стен, распятые тела Бездушных выпустили застрявшие в них пули, даже меч павшего наёмника Перуна вырвался из мёртвой хватки и присоединился к вращающемуся металлическому урагану. Все эти объекты слились в единую форму — гуманоидный силуэт высотой в два человеческих роста, составленный из десятков острых лезвий, шипов и игл. Там, где должна была быть голова, вращалось металлическое кольцо, утыканное остриями, а конечности заканчивались длинными, как кинжалы, пальцами.

Василиса отступила на шаг, поражённая зрелищем. Даже Бездушные по воле Древнего на миг замерли, словно чувствуя угрозу.

— Коси! — приказал я своему созданию, направляя его волю через ментальную связь.

Элементаль ринулся в гущу Бездушных с невероятной скоростью, превратившись в смерч из режущего металла. Каждое его движение рассекало плоть врагов, отделяя конечности от тел, вскрывало черепа и грудные клетки. Бездушные пытались атаковать его, но их когти и зубы скользили по металлической поверхности, не причиняя вреда.

Металлический слуга двигался с нечеловеческой грацией, каждый его шаг превращался в пируэт разрушения, каждый взмах руки оставлял за собой веер отсечённых частей тел. Вокруг элементаля образовался круг из разрубленных тварей, но он продолжал расширяться, приближаясь к Жнецу.

Древний Бездушный, очевидно, распознал угрозу. Он прекратил поглощать энергию алтаря и снова исчез в тени, появившись у противоположной стены. Я понял, что это мой шанс.

— Держитесь вместе! — крикнул я остаткам отряда и активировал Воздушный шаг.

Знакомое ощущение лёгкости охватило меня, сопровождаемое острым жжением в мышцах ног и спины — цена за сверхъестественную скорость. Воздух вокруг ног засветился голубоватыми искрами. Для меня время не изменилось, но все вокруг замедлилось — движения бойцов стали плавными, летящие обломки зависли в воздухе, даже мерцание света казалось более медленным.

Я оттолкнулся от пола и в одно мгновение преодолел расстояние до места, где появился Жнец. Тварь дёрнулась, явно удивлённая моей скоростью, и вновь растворилась в тени. Я заметил рябь на стене — он перемещался вдоль теней, словно плыл сквозь них.

Адреналин пульсировал в моих венах, усиливая эффект заклинания. Я следовал за каждым перемещением Жнеца, появляясь рядом с ним, едва он материализовывался. Мы кружили по залу в странном танце — он исчезал в тени, я преследовал его со скоростью мысли. С каждым разом тварь появлялась все ближе к алтарю, пытаясь вернуться к источнику силы.

Мир вокруг смазался в разноцветное мерцание — синие искры моего заклинания, пурпурные вспышки ядра Жнеца, жёлтые огоньки факелов и зеленоватое свечение мха на стенах. Мои чувства обострились настолько, что я мог различить тончайшие колебания воздуха, указывающие, где появится тварь в следующий раз.

Я понимал, что мы оба не сможем долго поддерживать такой темп. Мой магический резерв постепенно таял, но и пурпурное ядро Жнеца начало мерцать более тускло — ему также требовалась энергия для перемещений.

Осознав, что враг использует тактику изматывания, я изменил стратегию. Приземлившись у стены после очередного прыжка, я мгновенно развернулся и рванулся сквозь группу рядовых Бездушных, стоявших между мной и целью.

Глефа в моих руках превратилась в размытое серебристое пятно, рассекающее плоть и кости. Первому Трухляку я почти отсек голову, второго пронзил насквозь, третьему раскроил грудную клетку. Движения под действием Воздушного шага стали абсолютно текучими, лишёнными любых ограничений. Каждый удар переходил в следующий без малейшей задержки, каждый шаг превращался в смертельный танец.

— Василиса, лови их! — крикнул я, заметив, как геомантка сосредоточенно смотрит на меня.

Она поняла без дополнительных объяснений. Камень под ногами Бездушных внезапно утратил твёрдость, превратившись в вязкую субстанцию, похожую на густую глину. Три твари провалились в неё по колени, отчаянно пытаясь вырваться. Василиса сжала кулак, и камень снова затвердел, намертво зафиксировав их конечности.

— Не могу сдерживать долго! — предупредила она, переходя к следующей группе монстров.

По всему залу возникали подобные ловушки — Василиса разжижала участки пола, позволяя Бездушным завязнуть, а затем снова уплотняла камень. Некоторые твари отрывали себе конечности, пытаясь освободиться, но большинство оставались беспомощными мишенями для наших бойцов.

На противоположном конце зала Полина развила собственную стратегию. Направив руки к полу, она выпустила волну холода, заставившую поверхность камня покрыться скользким слоем льда. Бездушные, привыкшие к уверенному сцеплению с поверхностью, теряли равновесие и падали. Особенно эффективным это оказалось против крупных Стриг, чьё массивное тело и не предназначенные для льда конечности делали их беспомощными. С грохотом достойным пушки, Борис разрядил свой штутцер в одну из таких особей, разворотив её начисто.