Далее он провёл какое-то комбо из ударов рук и ног по воздуху, вызвавшее в помещении очень сильный сквозняк, после чего мне резко стало очень херово.

В кишках началась острая резь, голова заболела так, будто её сжал мастер спорта по сжиманию черепов, а затем я, против своей воли, жидко обосрался…

Но хуже всего было то, что я ощутил, как мой младшенький начал быстро скукоживаться, будто мы оказались в ледяной воде, а затем и вовсе втянулся внутрь.

«Блядь-блядь-блядь…» — запаниковал я ещё сильнее.

Тело начало тянуть будто бы само в себя, кожаные ремни жёстко натянулись, но почти сразу же расслабились — краем глаза я увидел, как наставник Канг крутит рычаг, ослабляющий ремни.

А какого хрена ремни натягивались?!

Я попытался приподнять голову и у меня даже почти получилось, ведь крепящий голову ремень стал будто бы больше, но наставник Канг прижал мою голову обратно к столу.

Степень хреновости самочувствия вновь перешагнула какой-то неведомый до этого порог, из-за чего я начал блевать. Блевал я чем-то жирным, гелеобразным, с привкусом, почему-то, тухлых чипсов со вкусом наглухо закисшей сметаны. От этого привкуса мой организм окончательно сошёл с ума и сделал рвотные позывы нестерпимыми.

К счастью, я не смог дождаться развязки и испытал знакомое чувство — плавно отключился.

Примечания:

1 — «Квадратный круг» — от англ. Squared Circle — это квадратный ринг, но с идеей боя в круге, как данью традиции кулачных боёв без перчаток. Такого рода кулачные бои проводились ещё в древнеримские времена, среди гладиаторов, но в современном виде зародились в XIX веке — после того, как их впервые полноценно регламентировали кодексами и правилами, а то без правил в кулачные бои можно включить любую сельскую потасовку за амбаром. Потом был период, когда кулачные бои без перчаток ушли в тень, потому что их запретили в большинстве стран, но исторически недавно их возродили в США — легализовали кулачный бой без перчаток в штате Вайоминг 20 марта 2018 года. А дальше понеслось. Важный момент, который нужно знать о боксе без перчаток — крайне высокий травматизм. Ломаются кисти, выбиваются пальцы, трескаются еблеты — в отличие от классического бокса, бои без перчаток не могут проводиться слишком часто, по причине того, что еблища конкурсантов надо основательно лечить после каждого боя.

*возможно, что 8 августа 2025 года, неизвестно где*

— Вставай… — потормошил меня кто-то за плечо.

— А-а-а, твою мать… — пробормотал я. — Не надо было пить третью «сиську»…

Открываю глаза и вижу перед собой удивлённую девочку лет 5–6.

— Ты кто?! — удивляюсь я. — Что у меня с голосом?!

— Я — Дора, — представилась девочка. — А с голосом у тебя… Просто посмотри на свои руки.

Следую её совету и поднимаю руки к лицу. Вместо мозолистых лапищ автомеха я вижу какие-то тоненькие бархатные ручки, не знавшие не то, что ключа, а даже металлической ложки.

— А-а-а, блядь! — пропищал я детским голосом. — Ёбаный в рот!

— Ты потом этими губами будешь маму целовать, да? — улыбнулась Дора.

— Что за… — начал я, но потом вспомнил.

Это всё дед!

«Танцующие стриптиз листья» или что-то вроде того — «процедура». «Процедура», блядь!

Возник противоестественный страх, точнее, опасение потери — я приподнял какую-то набедренную повязку, заменившую мне трусы и увидел, что младшенький тоже вернулся к «базовым настройкам» и выглядел очень печально.

— Бля-я-я-ядь… — просипел я, потрясённый увиденным.

— Не переживай, отрастёт ещё, — насмешливо улыбнувшись, сказала Дора. — Лучше смотри на это, как на второй шанс. Я, например, проснулась сегодня от того, что у меня ничего не болит.

Я тоже прислушался к своим ощущениям и понял, что не чувствую никакого дискомфорта и у меня ничего не болит. Раньше болели спина и шея. Работа у меня такая — вечно в позе буквы «Зю» над или под очередным движком…

— Да, это утешает, — улыбнулся я, после чего встал с кровати.

Дора, кстати, стала выглядеть существенно лучше: ростом она теперь примерно метр с кепкой, то есть, около 110 сантиметров, всё так же кареглазая, черноволосая и смуглокожая. Признаки того, что она долго сидела в тюряге, исчезли полностью, как и татухи, набитые на руках.

— А где остальные? — спросил я.

— Маркус убежал в туалет, наверное, плакать, — ответила Дора. — А Вигго и Сара носят воду в баню. Пойдём, поможем им.

— Идём, — кивнул я.

Тело чувствовалось воздушным. Казалось, что вот-вот и взлечу.

Ничего не болело, дышалось приятно, запахи стали другими, а видеть я стал намного лучше. Всё вокруг то же, но, одновременно, другое…

— За это придётся дорого заплатить, — вздохнула Дора, видимо, также размышляющая о нашем новом возрастном статусе.

— Поясни, а то я не понял, — попросил я.

— Я несколько раз разговаривала с наставником Люем — он почти ничего не раскрыл, если по существу, но кое-что я поняла, — ответила Дора. — Мы тут не одни. Есть и другие послушники, прибывшие до этого. И нас, почему-то, держат отдельно от них, но это точно не навсегда.