— И всё? — удивился я.

— И всё, — подтвердил «волдик».

— А то, что послушник, которого я убил, издевался надо мной и медленно убивал меня, лишая пищи? — спросил я.

— Смотри на это с другой стороны: ты не смог защитить свою пищу, — ответил на это «волдик».

Ага, блядь… В Храме нет такого понятия, как «спиздили» — в Храме есть понятие «проебал»…

— За убийство послушника положено наказание в виде трёх клейм, — произнёс главный «волдик». — За применение на территории Храма тёмных искусств положено наказание в виде пяти клейм. За обращение за силой к тёмным духам на территории Храма положено наказание в виде десяти клейм. За нерадение, непослушание и неуспеваемость также положены наказания — на усмотрение мастеров.

Из-за того, что меня пиздили и я ел мало, у меня уже были первые признаки неуспеваемости — меня бы, так и так, заклеймили. Получается, я просто сэкономил время себе и другим.

— Я должен буду передать это остальным? — спросил я.

— Нам всё равно, — ответил «волдик». — У тебя есть три поля послушания — в первое из них будет занесено три клейма. В каждое поле вмещается пять клейм. Если будет заполнено первое поле, то ты отправишься в каменную яму на полгода. После заполнения второго поля, ты будешь на два года изгнан из Храма в Покаянную долину, где будешь подвергнут пыткам и мучениям. А если будет заполнено третье поле, то ты будешь заклеймён позорным клеймом, после чего будешь заточён в подземелье до конца твоей жизни.

— Я всё понял, — выдохнул я. — Готов нести наказание.

«Волдик» у жаровни вытащил клеймо и подошёл ко мне справа.

Без прелюдий и каких-либо слов он схватил меня за запястье и приложил клеймо к первому «окошку».

— А-а-а, сука-блядь!!! — заорал я.

Я морально готовился к боли, поэтому было не так больно, как могло бы быть. Но больно.

«Волдик» поднял клеймо, после чего поместил её в жаровню. Другой «волдик» налил на ожог какую-то леденящую жидкость, после чего боль исчезла почти полностью.

— Это ещё не наказание, — произнёс главный. — Это лишь отметка о совершённом тобою преступлении.

Запахло очень качественным стейком. «Medium-rare» или даже «well done»…

Как же давно я не ел нормального мяса!

Следующее клеймо прошло гораздо легче — видимо, у жидкости был какой-то обезболивающий эффект. Я почти ничего не почувствовал.

— Можешь идти, — сказал главный «волдик», после того, как у меня на руке оказалось третье клеймо. — Посещай целителя утром и вечером.

Меня развязали, и я вышел из «тату-салона».

Но я не успел пройти и тридцати метров, как увидел в коридоре мастера Гао, вид которого не предвещал мне ничего хорошего.

«Ну, всё», — подумал я. — «Мне пизда».

— Куда это ты собрался? — спросил мастер по стихии металла.

— Мне… ну… — начал я.

— Узнаешь это? — вытащил мастер Гао мой самопальный кинжал.

— М-м-м, да… — ответил я.

— Иди сюда, — позвал меня мастер.

Я подошёл. Гао опустил взгляд на мой кинжал.

— Ветошь использовал — это глупый выбор, — произнёс он. — Были отрезки кожи под верстаком — почему не взял их?

— Пытался минимизировать ущерб для мастерской, — честно ответил я.

— Да у нас этой кожи, как бамбука в бамбуковом лесу! — усмехнулся мастер Гао. — А в остальном — хорошая работа. Давно уже не видел подобных кинжалов. Этот кинжал создан специально для убийства — никаких излишеств, никаких дополнительных предназначений. От него сразу исходило недоброе Ци, а теперь, когда он вкусил крови… Это злое оружие — создать такое не под силу простым послушникам. Как ты догадался сделать лезвие именно такой формы?

Не рассказывать же ему, что я вдохновлялся ножом НР-40, который купил когда-то давно на барахолке? Потом оказалось, что такое нельзя даже хранить, потому что это боевое оружие — в тот момент я и изучил нюансы законодательства, чтобы понять, что есть оружие, а что столовый прибор.

— У меня дома такие были, — ответил я. — Увлекался когда-то.

— Придумка с гардой, отливаемой вместе — это не очень, — продолжал мастер Гао. — Лучше бы отлил вторую деталь.

— Из-за веса? — уточнил я.

— И не только! — с улыбкой кивнул мастер Гао. — Мало того, что баланс нарушен, а это плохо для боевого оружия, так ещё и остывает всё неравномерно, поэтому такая гарда быстро сломается при частом использовании. И её не заменишь, как было бы с отдельным элементом. В следующий раз отливай лезвие с рукоятью, а всё остальное — отдельно. Но, ты молодец, что сделал хотя бы такой кинжал!

— А то, что я убил послушника? — спросил я.

— Мне с этого какая печаль? Кормить хуже начнут, что ли? — усмехнулся мастер. — Он пытался тебя сломать, а когда пытаешься кого-то сломать, будь готов к тому, что произойти может всё, что угодно. Он оказался не готов — теперь он мёртв. Да и чего теперь ветер веером разгонять? Приговор вынесен, наказание понесено. Работаем дальше.