Шрифт:
Директор ещё раз обвёл всех нас взглядом, и пошёл к выходу. Но уже на пороге обернулся.
— Северский! Жду тебя через полчаса в своём кабинете!
И наконец-то ушёл.
— Офигеть! — выдохнул Богуслав, проводив директора взглядом.
— Есть такое, — согласился я.
— Северский! — заорал вдруг Салтыков, развернувшись ко мне лицом. — Ты труп! Понял?!
— Не горячись, Петь, — придержал его за плечо Зарубин. — Не надо сейчас с плеча рубить.
— Да пошёл ты! — скинул его руку Стихийник. — Из-за тебя всё это! Кто кричал — Бей? Я и бил! И что теперь? Не друг ты мне больше, понял?!
Зарубин даже на шаг назад отошёл от его напора, непонимающе хлопая глазами. А Салтыков снова повернулся ко мне.
— А ты Северский труп! Я, боярич Салтыков, объявляю тебя врагом рода! И не только тебя, но и всех твоих родных и близких! Вы все покойники! Мы найдём каждого, кто тебе дорог!
Отчего-то после его слов я сразу подумал об Эльзе. И такая злость взяла, что захотелось свернуть шею этому наглому щенку! Но ещё я вспомнил, что я не просто студент, а боярин. И, кажется мне, что не стоило об этом вообще забывать. Не дадут мне побыть беззаботным студентом.
— Ты хорошо подумал, Салтыков? — процедил я, вскинув подбородок и расправив плечи. — И можёшь ли ты говорить за свой род?
— Я могу говорить за свой род! — буквально выплюнул слова Стихийник. — И уже сказал! Ты покойник!
— Услышал тебя! Что же, клянусь честью, я этого не хотел! Я, боярин Северский, объявление войны от рода Салтыковых услышал и принимаю. Бойся, Петя!
Глава 6
Не спешите с выводами!
Владимир Северский
— Маркус, подожди! — догнал меня здоровяк и пошёл рядом.
Я только-только вышел на улицу. Причём ушёл очень быстро, иначе не факт, что сдержался. Очень уж хотелось свернуть Салтыкову шею. Такая злость навалилась, что аж в глазах темнело.
Это надо же, какой ушлёпок! Сам напился, сам накосячил, а виноват Северский? Кстати, интересно, почему именно я? Так-то дрался с ними преимущественно Богуслав. Подстрекал его Зарубин. Выгнал директор. А виноватым он решил сделать меня. Очень неосмотрительно. Мог бы хотя бы подумать, отчего я такой молодой, а уже боярин. Или он исходит их того, что если такой шкет является главой рода, то род точно слабый? Впрочем, не важно.
Тут вообще может никакой логики и не быть. Молодой, горячий. Выпил, огрёб, вылетел из академии. Зол на весь мир, а я просто под руку подвернулся. Но чёрт подери! Как же меня выбесили его слова! И директор выбесил! И академия эта сраная!
— Маркус, ты в порядке? — поинтересовался Каменев.
— В порядке, — рыкнул я в ответ.
— Я и вижу, — хмыкнул он. — Ладно, твоё дело. Я просто сказать хотел… За моей спиной сейчас нет рода. Я теперь сам по себе. Думаю, что даже если меня убьют, то никто мстить не придёт. Но, тем не менее, я с тобой в этой войне. Этот Салтыков определённо не прав. А так как всё отчасти из-за меня…
— Ты-то тут причём? — остановился я и удивлённо посмотрел на парня.
— Ну я же их там пинал по коридору, — смутился Каменев. — Пусть и недолго.
— Вот уж кто-кто, а ты тут точно не при делах. Просто у этого дебила вообще никаких тормозов нет.
— Не важно, — чуть-чуть подумав, покачал головой здоровяк. — Просто покажи, где именно мне ударить и я ударю. Понимаю, что в войне толку от такого как я мало. Но в стороне не останусь!
— Вот как… — пробормотал я, пристально всмотревшись в его лицо. И не увидел там ни капли сомнений. Он действительно пойдёт воевать за меня. — Ты не передумал ко мне в боярские дети идти?
— Не передумал, — вообще не думая ответил Богуслав.
— Тогда считай, что принят. Только оформим всё позже. У моего рода не самые спокойные времена.
— Я понимаю, — кивнул он. — Война…
— Да не будет никакой войны, — отмахнулся я. — По крайней мере — пока не будет.
— Как?! — искреннее удивился парень. Даже сильнее, чем когда я его в род принял.
— Да вот так, — хмыкнул я. — Если этот Петя идиот, то это не значит, что весь род Салтыковых такой. Никто не будет начинать войну из-за пьяной драки в академии.
— А зачем же ты сказал, что принимаешь объявление войны?
— Ну, во-первых, по-другому в данной ситуации я поступить не могу. Иначе подумают, что боярин Северский струсил. Во-вторых, если война уже объявлена, то вира, которую я стрясу с рода Салтыковых, которые точно придут извиняться за своего оленя боярича, будет намного больше, что если бы мы просто полаялись. Ну и в-третьих, хоть это и маловероятно, но родственники этого дебила Пети могут оказаться такими же идиотами. И, подумав, его слова подтвердят. А так как война уже объявлена, то можно будет бить первым, не дожидаясь, когда удар нанесут они.