— Хорошо, это я понял, — кивнул я. — А тот факт, что старшекурсники ходят по комнатам младших и отправляют их в столовую? Ладно ещё, они на нас с Каменевым нарвались. Но ведь, насколько я знаю, тут ещё и простолюдины учатся.

— Ты имеешь в виду, что гоняли бы они потом этих простолюдинов, как хотели? — улыбнулся директор.

— Именно.

— Если бы кто-нибудь из студентов проявил слабость и побежал на поводу у старшекурсников, то мы бы его сразу же исключили. Такие люди здесь не нужны.

— Но… — начал было я, но был перебит.

— Тест на сообразительность помнишь? — спросил Елецкий. — Все слабые духом на нём отсеиваются. И Салтыков с Зарубиным об это тоже знали. Они шли просто подраться. А драки мы не то что не запрещаем, а только приветствуем. Тут всё же академия боевых искусств, а не пансионат для боярышень. Очень часто именно после драки студенты берут очередной ранг.

— А зачем тогда штраф такой большой? — совсем растерялся я.

— А вот этого тебе, боярин, знать не нужно. Всё, ступай. И так слишком уж с тобой разоткровенничался.

И я пошёл. Хватит с меня информации. И так уже голова пухнет.

Чёрт! Оказывается, я совсем забыл о том, что хотел на директора слегка надавить и выторговать каких-нибудь плюшек. Совсем он меня заговорил. И к выбору факультета Елецкий так красиво разговор подвёл, что у меня и мысли не было отказаться. Силён, однако!

На нашей с Богуславом комнате красовалась новая дверь. В комнате напротив — тоже. Оперативно.

Правда, общий коридор всё ещё носил следы ночной драки. Но, думается мне, и их быстро устранят.

Каменев, вопреки своим словам, спал. Причём крепко, как сурок. На моё появление вообще не отреагировал.

Мне же сейчас не до сна. Нужно написать несколько писем. И своим людям в столице. И некоторым боярским детям в Ульчинске. Будет война или нет, я не знаю. Но быть к ней готовым надо.

Но стоило мне лишь сесть за письменный стол, как в дверь постучали.

— Чёрт! — ругнулся я, поднимаясь.

— Северский? — спросил меня обнаружившийся за дверью стражник. — Там тебя какой-то проходимец у ворот требует. Настойчиво. Говорит, что по поводу Огненного Стихийника.

— Какого ещё Огненного Стихийника? — недовольно буркнул я. И замер, сообразив.

Огненный Стихийник!

Эльза?!

Богатство редко приносит счастье.

Если человек разбогател, то, как правило, ем этого мало. С улучшением уровня жизни, увеличиваются и расходы. И человек, спустя какое-то время уже не считает себя богатым. Он ищет способы заработать ещё больше.

Если же разбогател боярский род, то всё ещё хуже. Увеличиваются потребности не одного единственного человека, а многих и многих. Лучшие кони, лучшие портные, лучшее оружие. Дома, усадьбы, балы. Всё это без конца тянет деньги из родового бюджета. И отказаться от благ уже не получает. Даже если захочешь. Ведь разговоры пойдут, что род таких-то бояр обнищал. Пальцем все будут показывать и злорадствовать. Но обычно никто и не хочет отказываться от чего бы то ни было. Привыкнув есть с золота, практически невозможно по собственному желанию вернуться к серебру или, упаси светлые боги, меди.

Вот и боярин Салтыков Игорь Петрович не хотел.

Да, род Салтыковых был богат. Очень, можно даже сказать — неприлично, богат для боярского рода. Многие смотрели на красивую жизнь представителей этого рода, и завидовали. Деньги, связи, сильная дружина. Всё это было. И со стороны смотрелось мечтой любого боярина.

Только мало кто задумывался, что деньги не берутся из воздуха. Что связи сильны только тогда, когда есть деньги. А дружина, иногда казалось, этими самыми деньгами питается. А ещё есть многие родовичи, которым так же требуется содержание. И не малое! Опять же из-за того, чтобы люди не шептались о нищете. Каждый представитель рода — его лицо. Каждый может бросить тень на всех остальных. А потому нынешнему главе, как, впрочем, и предыдущему, приходилось мириться с огромными расходами своих родичей. И именно по этой причине боярина Салтыкова практически никогда не покидала мысль о том, где взять ещё денег.

Род Салтыковых успел в своё время занять, как тогда казалось, золотую жилу. Поставки продовольствия для легионов! Звучит дорого! Завистники думают, что род с таким заработком буквально купается в деньгах. И только старшие в роду знают, что это не так.

Нет, дело это, безусловно, выгодное. А главное, что контракты от Государя идут постоянно. Но дело в том, что Салтыковы занимались именно поставками. Они не выращивали хлеб, не растили скотину. Они именно поставщики. Хлеб и мясо они покупали и в легионы продавали. Покупали, конечно же, намного дешевле, чем продавали. Доход был очень даже существенный. Если бы не множественные «но».

Во-первых, этим доходом приходилось делиться. Иначе поставщиком мог стать кто-нибудь другой. Более сговорчивый.

А во-вторых, многие Салтыковым завидовали. Да не просто завидовали, а очень хотели бы занять их место. Поэтому приходилось кормить сильную дружину. Круговорот!

И дело даже не в том, чем именно они занимались. Будь их род успешными оружейниками, то так же нашлись бы завистники. И они так же бы думали, что могут справиться с этим не хуже. А ещё все представляли, куда бы дели вырученные деньги.