— И это при том, что мы нанесли упреждающий удар, — я совсем не был рад таким потерям.

— Игнат, мы дрались с сильным врагом, — удивился Леон. — Я не представляю, сколько людей мы могли потерять, не примени магические бомбы. Ну и Змей помог неплохо. Не ожидал, что ему захочется порезвиться. Признайся, ты как-то ему внушил напасть на пиратов?

— Да ничего я не внушал, — устало ответил я. — Дракон несколько дней спал в своей пещере, проголодался. Мой кортик был для него вроде маяка, на который он ориентировался. Что-то вроде сигнала «свой-чужой». Вот чужаков Змей и сожрал, заодно пару кораблей в мелкую щепку разбил.

— Не хотел бы я стать врагом для этой твари, — поёжился дон Ардио и допил своё вино. — Ладно, пойдём мы. Капитаны сами тебе доложат по экипажам и состоянию кораблей. Но «Тира» неплохо выглядит, на «Кракене» пожар потушили. Своим ходом дойдём.

— Пленных сразу в трюм флагманского приза, — подсказал я.

Мои помощники кивнул и вышли из каюты, оставив меня отдыхать. Рана уже не болела, благодаря чудесной мази, но слабость ощущалась. Хотелось закрыть глаза и заснуть, но пришёл Пегий, с которым я проговорил ещё битый час. «Леди Тира» могла идти своим ходом. Несмотря на четверых погибших матросов, многочисленные ранения и ушибы, экипажу вполне по силам справиться с задачей. На починку и замену такелажа уйдёт часа три-четыре, а вот «Кракену» придётся тяжелее. Ему снесло фок-мачту, а это означало, что мы задержимся у Изумрудного ещё на несколько дней.

— Предлагаю оставить его пока здесь вместе с призом, — поделился мыслями Пегий, сжимая своими ручищами бороду. — Пошлём Паскаля на помощь, вместе быстрее справятся. А сами будем перетаскивать ящики из пещеры.

— На постройку блоков и талей уйдёт всё драгоценное время, — покачал я головой. — Честно говоря, если бы не золото, я бы Паскалю уже сейчас отдал «приз», и пусть бы валил на все четыре стороны. Но… он мне нужен.

— Зачем тебе мучиться с талями? — хмыкнул Пегий и приложился к бутылке, где плескались остатки вина. — Скажи Ритольфу, он тебе все ящики по воздуху спустит с верхнего яруса.

— Вот я болван! — с досадой хлопаю себя по лбу и шиплю от пронзившей плечо боли. — Совсем забыл о левитации! Нам нужно только вытащить сундуки на террасу!

— За день матросы и штурмовики перевезут все ящики к «Леди» и спрячут в трюме, — с довольным видом Пегий встал. — Тогда я пошёл, напихаю парням, чтобы пошевеливались, да и Кори передам твой приказ. Скажу, чтобы никто не мешал тебе. Отдыхай.

И я уснул. Возможно, Озава как-то воздействовала на организм хитрыми магическими манипуляциями, но проспал я долго, и открыл глаза, когда в каюте горел огонёк фонаря, а на столе стоял ужин, накрытый холстиной. По ощущениям, мы стояли на якоре. Надеюсь, возле Изумрудного? Хотелось побыстрее перегрузить сокровища в трюм «Леди Тиры» и идти домой.

Рана уже не болела, и даже не дёргала резкой болью. Я не стал надевать рубашку, и как был в одних штанах, так и сел есть. Насытившись, крикнул Тью. Знал, что возле двери трётся кто-то из низаритов, он и позовёт денщика. Так и случилось. Парень ворвался в каюту и замер, ожидая приказа.

— Чего стоишь? — буркнул я. — Помоги одеться. Мы где сейчас?

— На рейде, командор, возле пещер, — доложил Тью, хлопоча вокруг меня. — Два часа назад якорь бросили. «Кракен» и «Фурия» остались на месте боя. Капитан Паскаль обрадовался, что ему отдали пиратский флагман, теперь помогает капитану Кори чинить фок-мачту. Обещали к завтрашнему вечеру всё сделать.

— Значит, у нас завтра очень много дел, — я дождался, когда Тью наденет на меня кафтан и застегнул на нём пуговицы.

В кают-компании, к моему удовольствию, я увидел Ритольфа, который стоял возле стойки и попивал куфесаби. Аромат напитка витал в помещении, и сразу же захотелось выкурить пахитосу. Меня встретили радостными возгласами.

— Каков ход у «Леди»? — спросил я, усаживаясь на свой стул. Сделал знак денщику, и тот сразу же разложил передо мной курительные принадлежности.

— Как и прежде, — ответил Пегий. — Провели починку, бриг держит при попутном ветре девять узлов, с гравитонами — двенадцать, проверили. Повреждения залатали, серьёзных пробоин нет.

— Хорошо, — я закурил, сразу почувствовав удовольствие от запаха куфесаби, смешавшегося с ароматным дымом. — Тью, налей-ка и мне чашечку, со сливками и парой ложек сахара.

— Сахара? — удивился парень. — Это что такое? Сладкий порошок, что ли?

— Видишь, сам догадался, — усмехнулся я. — Аксумцы называют его «сакхра» — песок. Не знаю, почему дарсийцы не перенимают более простое слово, заменяя его «сладким порошком».

— Они считают ниже своего достоинства использовать варварские слова, — пояснил виконт. — По моему мнению, назвать сладкий порошок сахаром — удачное решение.

— Пусть так и будет, — я с удовольствием вдохнул в себя бодрящий запах свежего напитка, который поставил передо мной Тью. — Господин Ритольф, у меня к вам один важный вопрос.

— Слушаю, командор, — левитатор переместился за стол. — Кажется, я догадываюсь, о чём вы меня хотите спросить.

— О ваших возможностях перемещать тяжёлые грузы.