— Всем смолкнуть, шапки снять с голов,

Он молится за нас!

Заткните шумных дураков,

Бог с нами — в добрый час!

Подтянут, строг, всегда один,

Он скачет вдоль колонн.

'Простерт Господень жезл! Аминь!

Враг будет сокрушён!'

— Приказ пришёл — разжечь костры,

Мы лагерем встаём.

Но даже ночью мы бодры,

Мы с герцогом идём!

Он с нами, с бурей за плечом,

И мы до смерти с ним!

Нам все невзгоды нипочём,

Мы знаем — победим!

О дева, Господу молись,

Жена — люби и жди.

Вдова — чти память и гордись!

Мы с герцогом в пути!

«Путь герцога» — песня личных войск Буревестника — звучала над зелеными равнинами Юга, и орра, шагая по дороге следом за своими неожиданными союзниками, слушали ее незамысловатые куплеты и дивились тому, как слова «Бог» и «смерть» естественно и просто звучат от прошедших кровь и огонь мужчин с суровыми лицами.

Орра уже успели оценить легкость и прочность аскеронских доспехов, качество и удобство сапог, вкусовые и питательные качества тушенки и галет, и тонизирующие — териака. Другие бодрящие напитки — в том числе Ко и Ча, были в Экспедиционном Корпусе Ордена Зверобоя (так именовался отныне отряд под флагом Аркана) запрещены под страхом разрыва контракта, дабы никто из без малого двадцати тысяч орра и не думал хвататься за шпаги по пустячным поводам. Южан под черное знамя с Красным Дэном сошлось действительно много, и они продолжали прибывать. И причины этого массового притока новобранцев чаще всего оказывались весьма прозаическими, а точнее — экономическими.

Орочье восстание, которое охватило несколько латифундий создало риски для торговли. Война в Центральных провинциях и окончательный распад Империи лишили Юг большинства рынков сбыта, а обнищание тамошнего населения и разорение дворян — сократило спрос на предметы роскоши, которыми являлись и шелк, и Ко, и специи. В связи с этим ухудшилось положение дел и на Юге. Конечно, плодородные земли Страны Хлопка могли прокормить и в два раза больше людей, чем проживало там сейчас, но одно дело — не голодать, а другое — вести зажиточную, интересную жизнь, идти вперед с высоко поднятой головой!

И потому молодые поселяне-орра, которым не хватило работы и доходов на сократившихся фермерских посевных площадях шафрана, кориандра, горчицы, майорана и других пряностей, подписывали контракт пикинера, рассчитывая отдать полученный аванс многочисленной семье. А самому — обзавестись экипировкой, кормежкой, ежемесячными выплатами, долей в добыче и, кто знает — славой и репутацией, которые, как известно — первый шаг к статусу аристократа!

Настоящих же аристократов кроме приличного жалованья будоражила личность Аркана: они завидовали тем, кто повидал далекие земли, пережил невероятные приключения и теперь мог о них рассказывать в тавернах и кабаках, похваляясь диковинными украшениями, дорогим оружием или — боевыми шрамами. «Там где Аркан — всегда что-нибудь происходит», эту расхожую истину знали все, и потому — торопились поучаствовать в эпохальных событиях. Принципиальным моментом для орра был враг с которым придется скрестить оружие. Буревестник здесь скрывать ничего не собирался: воевать придется с войсками узурпатора Краузе, слугами Синедриона и эльфами Туринн-Таура. Ни к кому из них южане теплых чувств не испытывали, и более того — они мать-мать-мать их всех, их родню, домочадцев и присных.

Маршируя на Восток, Экспедиционный Корпус учился чувствовать себя единым целым. Командиры и солдаты притирались друг к другу, южане учились уважать зверобоев, слушаться непривычных приказов, поддерживать порядок и чистоту в лагере, использовать странную боевую тактику. Орденцы доходчиво объясняли: дело придется иметь не только с орками и людьми, а Лоусоны, Дэниэлсы и прочие, уже видавшие злое колдовство в асиенде Галахеров кивали и рассказывали соратникам о том, что пережили в ту страшную ночь…

На третий день войско Аркана покинуло южные пределы, оставив за спиной зеленые луга и тенистые рощи. Начались плоскогорья и лесостепи Юго-Востока. Перед Экспедиционным корпусом предстала страна Первого Ковчега, колыбель Империи, земля ортодоксов!

Наверное, Буревестник с гораздо большим трепетом воспринял бы свое прибытие на эту священную для каждого настоящего имперца землю, если бы не удивительное событие, случившееся на привале, за сутки до пересечения Экспедиционным Корпусом земель княжества Альбакастра, владений Великой Семьи Корнелиев, родового домена младшей ветви этой знаменитой династии.

Аркан как раз вспоминал свою первую встречу с Луцием Корнелием Гастой — в Кесарии. Тогда этот знаменитый копейщик произвел на него вполне благоприятное впечатление, показался умным человеком… Почему же он позволил втянуть себя в идиотскую затею с этим военным походом в Центральные провинции? Почему они все позволили?

Рем по своей квартирмейстерской привычке обходил и инспектировал обоз, убеждаясь в сохранности припасов и соблюдении правил хранения продовольствия. Задумавшись о Корнелиях, он остановился у одного из фургонов, и вдруг — из под колес к нему кинулась странная, грузная темная фигура, так быстро, что он и среагировать не успел. Крепкие лопатообразные зеленые лапищи ухватили Аркана за ладони, покатый лоб прижался к костяшкам пальцев — незнакомец стоял на одном колене.