— Сам посмотри, тут их целый табун пробегал… — наклонился к земле гном.

— Это орки, — сказала Габи. — Здесь были орки!

Она старалась не смотреть на мёртвые тела. Убитые фоморы — это убитые фоморы. Они чудища, и вообще — исконные враги, способные только к разрушению, убийствам и пожиранию всего на своём пути. Да и выглядят уродливо! А тут — молодые, сильные мужчины… Габриель впервые видела столько трупов, и крепилась изо всех сил, хотя ей приходилось очень нелегко.

— Вот, следы босых ног! Взгляните — большой палец на некотором расстоянии, вот — явные отпечатки роговых пластин, они у зеленокожих на ступнях… И лошадок они тащили за собой.

— Орки? — не поверил гном. — Орки напали на аристократов-орра и победили? Не-е-е-ет, бредятина какая-то. Орки — это туповатое быдло, куда им!

— Тогда какого черта против этого быдла во время Отлива у границ Наковальни Солнца Аквила держат чуть ли не армейский корпус? — поднял бровь Аркан.

— Резонно, — признал Ёррин. — Что делать-то будем?

— Двигаться в Преторию, — пожал плечами Рем. — Но сначала — вот этих вот похороним. И вот что: ищите медальоны. Южане любят носить медальоны, такие жетончики на цепочке, где пишут фамилию своей семьи и город или поселок, откуда они родом. Встретим кого-то из местных — отдадим. Пусть разбираются. И Габи — полезай на крышу фургона, мне не хочется, чтобы нас застигли врасплох те, кто перебил этих парней…

Буревестник и Сверкер взялись копать могилу — одну на всех. Южане хоронили своих покойников, а не сжигали, так что и Аркан решил поступить так же. К тому же — дров для того гигантского погребального костра вокруг найти было невозможно. Герцог, который орудует короткой дорожной лопатой? Ничего удивительного, если учитывать легенду о происхождение семьи Арканов: их предок во время Прибытия Прежних возглавил похоронную команду, хотя сам был офицером-абордажником, и носил прозвище «Чёрная Смерть». Или это было название их отряда? Или — боевой клич? Так или иначе — ничего зазорного в труде могильщика для себя Рем не видел.

Ёррин рыхлил жирную, плотную землю Юга киркой, Аркан — выбрасывал из ямы лопатой. Работа спорилась, и яма уже была приличной глубины — в половину человеческого роста, когда Зайчишка звонки голосом прокричала:

— Там кто-то едет! Но это не орки, это — телега! В ней — мужчина, человек!

С целой горстью медальонов-жетонов Рем вылез наружу, воткнул лопату в землю и взялся за рукоять меча: мало ли!

Телега мчалась к стоянке патруля, подпрыгивая на кочках, грива у серой лошадки развевалась, мужчина в белой рубахе который восседал на облучке, грязно ругался и размахивал над головой кнутом, хотя в этом не было вовсе никакой необходимости.

Чем ближе к путникам он приближался, тем отчетливее становилась видна его коротко стриженная голова, длинная борода — чёрная с проседью, яркие голубые глаза… Это был типичный представитель южан-простолюдинов, настоящий орра, плоть от плоти и кровь от крови Юга.

— Мать-мать-мать! — орал он. — Вашего дядю и вашу тетю, всех бабушек, племянницу и двоюродную золовку! Скорее, скорее орра, орки напали на Лоусон! А! Мать-мать-мать! А где… А вы кто?

Лошадка ещё не успела остановиться, когда он спрыгнул с облучка и побежал к выложенным в ряд мёртвым аристократам, дергая себя за бороду и ругаясь так, что дьявол в Аду от стыда, должно быть, закрывал уши рогами. За спиной у южанина-орра болталась широкополая серая шляпа.

— Это вы их? — недоверчиво спросил он, глядя на гнома и человека. — Орра, это был наш патруль, не надо было так, кто же теперь убьёт орков?

— Это орки, — пояснил гном. — Орки убили их до нас. А до этого эти твои кавалеры — они немножко начали убивать друг друга.

— Мать-мать-мать!!! — заорал южанин. — Я их ненавижу! Я плюю на них и на их могилы! Гребаные аристократические пи… Ублюдки! Просто скажите: тут пахло Ча или Ко?

— До сих пор пахнет, — кивнул Аркан. — Расскажите, в чем, собственно…

— Что? А! Толпа орков напала на Лоусон, это в трех верстах, на опушке леса! Я увидел с холма — и рванул к патрульным, думал — они опять жрут вискарь и играют в карты, ан нет — эти волосатые кавалерчики решили поубивать друг друга из-за напитков! Мать-мать-мать, их бабушку и сестер, какие тупицы!

Гном с видимым одобрением смотрел на южанина, явно разглядел в нем родственную душу.

— Люди заперлись в домах, орки ломятся внутрь, разбирают крыши… Там банда рыл в тридцать, если бы патруль на помощь пришел, так мужчины бы тоже из домов вышли, и совместно бы всерьёз наподдали, но…

— А сколько мужчин в этом Лоусоне? — заинтересовался Рем, обмениваюсь с гномом понимающим взглядами.

— Полтора десятка точно будет, посёлок зажиточный, хозяева справные, но — мы народ простой, мы в строю воевать приучены, а вот так, да с толпой орков… Несподручно! А из латифундии помощь не торопится, да и откуда ей торопиться: небось орки там всех выпотрошили! Это ведь орки с клеймом Галахеров, так что там точно все мертвы мать-мать-мать, и все пылает, и все бабушки ихние, и сестры, и тети, и золовки с невестками и деверь с шуриным разным противоестественным способом мать-мать-мать! — закончил доклад очередной матерной тирадой южанин, явно сильно нервничая.