Школа и без того уничтожила все мои планы на сегодня, а отказать Дайхи после такого вступления я не мог. И не только из благодарности за его лекцию, меня просто любопытство съело бы.

— Конечно, господин Дайхи, — кивнул я.

— Тогда приглашаю вас пообедать со мной, — улыбнулся он. — Обсуждать родовые дела на работе — это некрасиво. Я стараюсь не использовать свое служебное положение таким образом.

— Как скажете, — улыбнулся я в ответ.

Старейшина Дайхи привел меня в симпатичный ресторанчик буквально за углом от здания имперской канцелярии.

Здесь, в центре, хватало всевозможных кафе и закусочных, и этот ресторан, на первый взгляд, ничем не отличался от них. Скромная вывеска, стеклянная дверь, ступеньки в полуподвальное помещение. Внутри было чисто, вкусно пахло, играла легкая инструментальная музыка без слов. Людей было мало, обеденное время уже подходило к концу.

Старейшина Дайхи сразу посоветовал мне попробовать несколько блюд, и я решил к нему прислушаться. Мы сделали заказ и попросили принести нам чай сразу, вместе с холодными закусками.

Попробовав салат, я оценил вкус Дайхи. Да, этот ресторан действительно стоил того, чтобы его посетить.

Старейшина Дайхи тем временем налил себе чая и задумчиво вертел чашку в руках.

— Видите ли, в чем дело, господин Дамар, — неторопливо начал он. — Наши юристы полностью согласовали договор по совместному бизнесу с вами. Однако пока шло согласование формулировок, одновременно в роду обсуждались перспективы. И мы пришли к неожиданному выводу.

Дайхи замолчал и сделал глоток чая.

Еще один интриган на мою голову. Кто их учил так тянуть жилы из собеседника, а?

Тем не менее, я молча ждал продолжения.

— Мы бы хотели, чтобы доля в совместном бизнесе стала личной собственностью Ашу, — наконец, сказал Дайхи.

Я удивленно вскинул брови.

— Дайте мне минутку, — произнес я.

Дайхи понимающе кивнул.

Его предложение меняло многое. До сих пор совместный бизнес рассматривался нами как равное партнерство двух родов. То есть в случае трудностей можно было бы рассчитывать и на денежные резервы обоих родов, и на их специалистов, и даже на военную силу, если уж на то пошло.

Личная собственность предполагает участие всего одного человека.

Конечно, в случае чего родичи могут помочь Ашу. Но могут и не помочь. Та же силовая защита бизнеса при таком раскладе, скорее всего, ляжет на меня.

И не потому, что сейчас у Ашу нет ни денег, ни людей. Он просто не будет заниматься этим направлением, ему не нужна личная гвардия, у него род есть. И лично его род прикроет в любом случае. А вот его бизнес — не факт. Голодать-то он не будет никогда, вне зависимости от положения дел на автосервисе.

С другой стороны, требовать от Дайхи серьезно вкладываться в совместный бизнес я не планировал изначально. Сейчас я им не ровня, как ни крути. И прежде, чем я встану на ноги, пройдет немало времени.

В общем, винить их в том, что они не желают прикрывать новое дело, — а отчасти и меня, — именем своего рода, сложно.

Впрочем, тут я уже откровенно гадаю, у них могут быть какие угодно причины.

— Могу ли я спросить о ваших мотивах? — произнес я.

— Конечно, — с готовностью кивнул Дайхи. — Мы считаем, что ответственность пойдет Ашу на пользу. Я видел отчет поверенного о вашей встрече. Ашу и на разработку простых рунных вязей согласился неохотно, а уж вникать в сопутствующие вопросы и вовсе не стал. И сейчас ничего не изменилось, всеми делами занимается род, а Ашу ни разу не спросил, как дела с договором. Он бы не узнал, даже если бы мы с вами не договорились и решили не подписывать договор. Или узнал бы об этом ближе к концу года, совершенно случайно, и это еще оптимистичный прогноз.

Я понимающе усмехнулся. Увлеченные изобретатели — они такие, да.

— Если дать ему волю, — продолжил старейшина Дайхи, — Ашу с головой уйдет в свое изобретательство и рискует напрочь потерять связь с реальностью. Если же нагрузить его ответственностью за дело, которое может дать ему ресурсы для того самого изобретательства, он волей-неволей начнет искать баланс между реальностью и своими стремлениями. Нам не нужен сумасшедший ученый, нам нужен твердо стоящий на ногах артефактор, который делает то, что действительно востребовано. И в стране, и в мире.

С такой точки зрения я на это не смотрел. Однако не мог не признать, что старейшина Дайхи прав.

Восемнадцать лет — это перепутье, которое может определить всю дальнейшую жизнь. И да, я был согласен с Дайхи. Позволить Ашу с головой уйти в свои разработки, не заботясь больше ни о чем, — очень спорный вариант. Желание рода Дайхи привить ему самостоятельность, я понимаю.

Правда, нет гарантий, что на этом пути Ашу будет более эффективен как изобретатель. Но гарантий вообще нет. Нигде и никогда.