Фрау Марта выдохнула последнее слово и зябко обхватила себя за плечи, хотя летний день вовсю сиял за окном, и в допросной было вполне тепло. Посмотрев на это, Фильц молча плеснул в стакан еще на палец шнапса и протянул женщине. Видо, который в другом случае не преминул бы сделать замечание о недопустимости подпаивать свидетельницу, промолчал. Экономка не выдумывает, это заметно, да и чутье клирика, прекрасно распознающее прямую ложь, молчит. Что бы ни увидела в кладовой фрау Марта, она свято уверена в этом.

Но паук? Размером с руку?! Точнее, с человеческую кисть, но все же!

Видо представил это и невольно вздрогнул. Пауков он, разумеется, не боялся — к чему бояться честных божьих тварей? — но не мог избавиться от совершенно недостойной его положения брезгливости.

— А тут откуда-то сверху кошка — прыг! — продолжила фрау Марта, и на этот раз не только Видо, но и Фильц посмотрели на нее в полнейшем изумлении. — Да-да, кошечка! Та самая, что вы с герром Станиславом принесли! Эта погань по коридору побежала, да быстро так, что я его едва разглядела, только когти зацокали! А кошечка за ним, так вместе и убежали! Дай Господь здоровья вам и герру Станиславу… Может, она эту тварь и поймает, а?

— Паука размером с руку? — недоверчиво протянул Фильц, озвучивая ровно те сомнения, что мучили в этот момент Видо. — Ну не знаю…

«Кто еще кого поймает, — хотел согласиться с ним Видо, но устыдился. Нехорошо сомневаться в победе правых сил, даже если представитель… ница этих самых сил тебе лично глубоко неприятна. Как минимум, хвостатая протеже Ясенецкого заслуживает уважения за храбрость! Броситься на такую мерзкую и наверняка опасную тварь…»

— С другой стороны, — задумчиво продолжил Фильц, — этой кошке не привыкать бороться с крупной дичью, хм…

И с намеком посмотрел на Видо!

— Если поймает, я ей… целого цыпленка испеку! — твердо сказала фрау Марта, вставая и поправляя передник. — Ошейник закажу замшевый, бархатом подбитый, как у кошки бургомистра, и корзинку с подушечкой подарю! Герр патермейстер, только… что же это за тварь такая, а? Никогда у нас такого не было в капитуле… и в городе… и вообще я не слыхала, чтобы пауки такие на свете бывали!

Видо снова вздохнул, понимая, что сейчас ему придется сотворить нечто куда более сложное, чем поймать злокозненную ведьму или прибить разъяренного оборотня. Ему нужно успокоить перепуганную женщину так, чтобы не всполошился весь капитул, а за ним и город! Вот только слухов про огромного паука, с которым ничего не может сделать инквизиция, Вистенштадту и не хватает!

* * *

Бочка опять была опрокинута, и вода — а не так ее уж и мало, между прочим, оставалось с вечера! — вылилась на пол. Стас аккуратно, стараясь хвататься только за самый край, поднял бочку, покачнул, заглядывая на ту сторону, которой она стояла к стенке… На темной поверхности четко выделялись следы ладоней. Вот и ладненько, не зря просил кухарку наковырять печной сажи… Вот ты и попался, вредитель, не подвел!

Теперь главное, чтоб какой-нибудь доброй души Йохан не встал раньше всех да не решил оказать помощь герру дворнику. А то вымажется еще сам, и доказывай потом! Но это вряд ли, рейтары, как уже заметил Стас, встают в одно время, а точнее — по начальственному рыку капрала Густава. Значит, ловушка на Слонопотама вот-вот захлопнется, остается только подождать.

На завтрак он, разумеется, не пошел. Уже привычно прошелся метлой по идеально чистой территории, напомнил себе, что завтра — день воскресный, а значит, сегодня вечером брусчатку и каменные ступени часовни надо вымыть с мылом. А после нашел дело на заднем дворе, как раз между казармой и баней. Метлу, как оказалось, нужно подвязывать заново как можно чаще, иначе прутья так и норовят рассыпаться…

«Так вот ты какое, наглядное пособие! — восхитился Стас примерно четверть часа спустя, когда из казармы сначала донеслось почти конское ржание, а потом пулей вылетел Фриц, так причудливо расписанный сажей, что походил на здоровенного енота. Ага, тер глаза, чесал нос, на щеках тоже пятна, да и рубашка в саже, конечно, — ну вылитый енот! — С одной стороны, сам виноват, чучело неприятное! С другой… рейтары ж ему теперь жизни не дадут, а он — мне… Молодец, Станек, умеешь ты нарабатывать социальные связи, а уж какие разнообразные! С третьей же… А что было делать? Каждое утро долбаться с бочкой, потому что у одного придурка зудит? Ждать, пока ему надоест? А если не надоест и он перейдет к пакостям похуже? Нет уж, такие вещи — они как фурункулы, их вскрывать надо».

Опираясь на метлу, Стас наблюдал, как Фриц мечется по двору. Вот сунулся к колодцу, но там его постигла неудача, потому что колодезное ведро Стас предусмотрительно снял и теперь делал вид, что поправляет на нем проушину для веревки.

От кухонной бочки придурка погнала кухарка, завопив, что если кабан тупорылый натрясет в воду сажи, она и жаловаться никому не станет, сама его ухватом отходит! Фриц опасливо шарахнулся и кинулся было к дворовой… Поискал взглядом ковшик… Но тут из казармы вслед за ржущими мужиками, что весело давали советы насчет лошадиной поилки и скребков, появился добросердечный Йохан.

— Да кто ж холодной-то водой сажу смывает! — окликнул он Фрица. — Размажешь только! Ты в баню иди, человече! Затопишь печку, согреешь воду в ковшике и того, умоешься. Мыла только не жалей…

Фриц бросил на Йохана такой затравленный и ненавидящий взгляд, что Стас мысленно застонал — у-у-у, как тут все запущено!

Однако дальше медлить не следовало момент выдался как раз подходящий.

— Не пойдет он в баню, — вроде бы негромко, но очень четко заговорил Стас, тут же перетянув внимание рейтаров на себя. — Знает, что воды там нет, сам же ночью ее опрокинул. Правда, Фриц?