— Ясно, — кивнул я. — Учту.

— А с вашими запретами так не работает?

— Нет. Наши запреты не такие.

Я не стал развивать эту мысль.

Про себя же продолжал упорно размышлять. Например, мне стало ясно, почему они сразу решили, что Аркадий был моим врагом, которого я покорил с помощью сердца слуги: сильного мага никаким иным образом, похоже, захватить действительно нельзя. Кроме того, пересаживать свободному магу сердце раба — значит, автоматически создавать тому уязвимость перед гиасами. С другом так и впрямь поступать не стоит!

В общем, когда я узнал о гиасах больше, хотя бы на уровне Мастера Растений, понял, откуда у Жизнелюба возникла эта не в меру романтичная версия. Все-таки сильных врагов надо убивать, а не давать им доступ к своему имуществу и семье!

И если они эту историю приняли всерьез, тогда понятна их опаска в отношении меня! Действительно, человек, способный на такое, должен быть способен на что угодно.

Короче говоря, несмотря на сложность работы с гиасами, мне все же удалось выучиться этой технике прежде чем Диомед Танакос понял, что я в ней ни в зуб ногой. Наоборот, он одобрительно воскликнул:

— Как быстро у вас получается! Сразу видно, что вы настоящий мастер в другой технике. Ловите с полуслова.

Я сжал зубы и попытался изобразить на лице этакую усмешку. Я действительно «ловил с полуслова», но только потому, что неоднократно испытал воздействие гиасов на себе и много видел его на других!

— Ну что, закрепим материал! — воодушевляюще воскликнул Мастер Растений. — Одну минуту…

Он активировал небольшой амулет у себя на запястье, которым уже раньше подзывал рабов. Прежний слуга, носивший печенье, заглянул в кабинет.

— Груша, приведи новенького, — велел ему Мастер Растений.

Тот кивнул и испарился.

— У меня как раз есть в запасе только что инициированный раб, на которого никто не налагал гиасов, — пояснил Мастер Растений. — Вообще-то, я собирался сегодня, просто еще не успел. Купил его для себя, но охотно уступлю его тебе для тренировки.

— Нет уж, — нахмурился я, — оставь себе. Сам сказал: рабы дороги.

— Так обученные же, а это как раз необученный, из которого слуги не вышло… И потом, никто не возьмет раба, на которого кто-то другой уже накладывал гиас! — покачал головой Мастер Растений. — Если тебе он не нужен, придется его утилизировать.

И как раз, когда он это сказал, слуга с фруктовым именем появился снова, ведя перед собой тощего сутулого мальчишку. Недавно инициированного, да, видно по свечению. Грязный, растрепанный, явно только что в саду копался. Недокормленный: хоть и старше на пару лет, мальчик выглядел ровесником Феди. Правда, по его потокам магии было видно, что в принципе он получал достаточное питание, не истощен и ничем серьезным не болен. Ну, может, легкий авитаминоз и кишечная микрофлора не совсем в порядке. Гастрит? Тоже вероятно, но тут уже надо диагностировать.

— Давай, архимаг Кирилл, — ободряющим «учительским» тоном сказал Мастер Растений. — Наложи на него общий гиас на подчинение, как я тебя обучил!

Глава 6

Паж

Сказать, что я странно чувствовал себя, выходя из ворот «питомника» Мастера Растений в компании мальчика-раба, значит, ничего не сказать!

Да, я наложил на мальчишку общий гиас подчинения. Решил, что это меньшее зло, учитывая обстоятельства. Мне не хотелось выглядеть подозрительно перед Мастером Растений, и, если уж совсем начистоту, нужно же было действительно научиться наложению гиасов! Я ради этого туда пошел! Мне нужно было хотя бы раз попробовать под руководством наставника.

Чувствовал я себя при этом паскудно, но ничего не поделаешь. Кроме того, как ни крути, а парнишке с нами явно будет лучше, чем в рабстве у Мастера Растений. Даже если мы все в итоге сложим головы в попытке прорваться с Цветка на свободу, все равно — лучше.

Лидия и Михаил хранили стоическое молчание, пока мы находились «в гостях» — держали марку. Однако стоило нам отойти подальше, как тут же… Ну, не забросали меня вопросами — опять же, нам нужно было следить, как мы выглядим со стороны! — но, скажем так, вежливо поинтересовались, какого хрена.

— Я попросил Мастера Растений дать мне пару уроков магии, он заявил, что отрабатывать его приемы нужно на живом человеке, а потом его мне подарил, — сказал я, не вдаваясь в подробности с гиасами.

Чем меньше членов экипажа знает, что я изучаю эту стремную науку, тем лучше. По крайней мере, пока. Потом, по результатам, все равно придется всем рассказать: хотя бы чтобы знали, от чего защищаться. Но пока не хочется лишнего ажиотажа.

— Понятия не имею, что это за мальчишка и откуда он взялся. Приведем домой, покормим, расспросим — тогда и решим, что с ним делать.