И вроде бы мы сделали большое дело…

Злобин прижал Лисина так, что тому уже сложно отвертеться. А еще граф вернул имущество Пылаевам. Вот всё же хорошо. Вон, гвардейцы и простые люди собираются во дворе поместья, чтобы праздновать.

А мне вот почему-то не по себе.

Потому первым делом пошел в свою комнату за найденным артефактным блюдцем. Вот именно сейчас захотелось во что бы то ни стало держать его при себе. Не разоружаться, не идти принимать ванну, чтобы отмыться от всех переживаний дня. А наоборот, как можно больше амуниции при себе держать. К чему бы это? Будто бы предчувствие какое-то.

Уселся на кровать, взял в руки блюдце, найденное когда-то в червоточине.

— И где мне тебя носить? — размышлял я вслух.

Из-под полы пиджака вылезла Белка и с любопытством принюхалась, будто на этом блюдце должны быть какие-то лакомства для неё.

— Знаешь, что это? — спросил я, указывая на блюдце, посверкивающее синим светом ауры.

Белка ткнулась мордочкой сначала мне в лицо, потом снова в блюдце, мол, вкусняшки давай. Я почесал её по маленькой головке и повертел блюдце в руках, пытаясь понять, куда бы мне его приспособить. Во внутреннем кармане брюк будет неудобно и топорщиться станет. Решил положить блюдце во внутренний карман пиджака вогнутой стороной к телу. И очень удобно стало, будто пластина нагрудника.

Я отчего-то тут же почувствовал себя беззащитным в простом костюме без брони. Будто мне более привычно носить бронированный нагрудник или кольчугу, а на голове шлем. Может, отголоски старой жизни во мне всплывают, той, о которой я совершенно ничего не помню.

Вновь пронеслись в голове воспоминания, как в меня летит стремительный росчерк божественного клинка. Попытался вспомнить, что же там было, за что меня хотели убить и кто? Но в голове лишь пустота, только виски стало саднить. Ласка вновь ткнулась мне в щеку мокрым носом, затем лизнула в переносицу, будто чувствуя мое смятение и пытаясь успокоить.

В дверь постучались.

— Кто там? — спросил я, порывисто поправляя полу пиджака.

— Костя, ты там долго ещё? Ты ведь главный виновник торжества, — в комнату зашел Дима. — Там даже Алиса спрашивала, куда ты запропастился.

Я хмыкнул.

— Сейчас спущусь, — а сам поглядел на магафон, будто тот должен был зазвонить. Но нет, он молчал. Что же мне так тревожно-то?

— Всё, пойдем-пойдем. Там тебя уже все заждались.

— Дима, скажешь тоже! — окликнула его из коридора Алиса. — Ничего я там не спрашивала — возмутилась сестрица.

— Ага — хмыкнул братец, — Так, что аж сама пришла проверять, где же там наш Костя?

— Я тебя вообще не о том спрашивала. А уместно ли это, чтобы господа со слугами вместе за одним столом сидели? Это ж уму непостижимо. Кто узнает, нас же засмеют.

— Да, подождала бы ты сестра со своими нравоучениями. Такое дело сделали. Это ж праздник не только для нас, но и для людей простых. Сколько Лисин нам крови попил? Да и плевать мне на то, что другие скажут. Вон, мы раньше на Викентьевых и Лисиных ровнялись. И где они теперь? К чему они нас чуть не привели? Нет, баста, — произнес Дима. — А Динара с нами с самого рождения. Пускай даже это будет разовая акция, но считаю, этого все заслужили.

— Ну, Динара ещё ладно, — проворчала Алиса. — Динара еле выжила. Но остальные-то…

— Остальные пускай помнят, что Пылаевы такие господа, за которыми идти хочется и умереть за таких не жалко, — гордо произнес Дима.

Эх, какой же он всё-таки ещё юнец.

Я поднялся, проверил, на месте ли кобура, заряжен ли барабан. По привычке положил ладонь на рукоять клинка, будто проверяя, на месте ли он. И зашагал на выход из комнаты.

— А куда ты при полном-то параде? — удивился Дима. — Ты с кем-то воевать собрался или дуэль устраивать?

— Нет, — качнул я головой, — так, пускай будет на всякий случай, — произнес я.

И в этот момент зазвонил магафон. Внутри что-то ёкнуло. Дима тоже нахмурился, будто почувствовал угрозу. Я посмотрел на экран. Там высветилось имя — Роман Михайлович Злобин.

Не сводя глаз с Димы, ответил на звонок.

— Здравствуйте. Уже что-то случилось? Недавно же с вами виделись, — ехидно произнёс я.

— Нет времени объяснять. Первое, — тут же перешел к делу Роман Михайлович, — ваш батюшка исчез.

— Что значит исчез? — нахмурился я.

— Слуги говорят, в себя пришел и тут же помчался домой. Охрана его удерживать не стала. Да и куда бы им удерживать барона с боевым даром? Вместе с супругой так и отправился обратно.

— Понятно. Кажется, не будет у нас торжественного застолья, — хмыкнул я.

— Не до застолий сейчас, — одернул Злобин. — Вторая новость уже для тебя лично. И надеюсь, что ты к ней подготовишься. К Лисину скоро прибудет Дибров, прямо в его поместье.

— Вот как. Это вам Лисин сказал? — уточнил я.